Судьба играет в куклы - Наталия Лирон Страница 76

— Эх, Васька, рубишь ты с плеча, – я вздохнула, зная, что если он что-то твердо решил, то переубеждать его без толку, – можно, конечно, если хочешь, только ты ведь помнишь, что у Люси с Алексеем квартира тоже есть.

— Так там же сейчас квартиранты живут, – он чуть поднялся на локтях, присаживаясь.

Я поправила подушки, чтобы ему было удобнее:

— Их выселить – это просто уведомить за две недели, и все.

Василий почесал лысую макушку:

— Хм… я и не думал об этом. Спрошу у Люськи тогда.

— Вась, – я чуть наклонилась к нему… Всегда веселые голубые глаза сейчас чуть потускнели, будто подернулись сизой дымкой, небритый, с отросшей седой щетиной, он казался много старше своих лет. – Вась… ты уверен? Ведь вся жизнь переменится.

Он порывисто вздохнул:

— И к лучшему, Ань, только к лучшему. Знаешь, хорошо, что мужик у нее завелся. А то по привычке тащили бы эту лямку дальше, только мучили друг друга. А так… хоть она свое счастье найдет.

Вася тяжело сглотнул, закрыв глаза.

Я помню эти слова… Может, не именно эти, а очень похожие. Семнадцать лет назад я говорила ему так же: «Может, хоть ты свое счастье найдешь». И когда он на Олесе женился, я искренне радовалась – думала, что нашел. Ан нет.

— Эх, Аня-Анечка, – он открыл глаза и улыбнулся, – Анюта ты моя кареглазая, – кажется, он понял, о чем я подумала, – видно, судьба присушила меня к тебе намертво. И хотел бы отодраться, да все никак.

— Вась… – мне стало невероятно жаль, что все так.

— Иди домой, моя хорошая, – кивнул он, – иди. И тебе не обязательно таскаться ко мне каждый день, ничего уж со мной не случится – теперь точно выберусь. Дениска еды принесет, да и кормят тут сносно.

— Послушай… – я хотела что-то сказать, возразить…

— Не надо, – в его голосе появился холодок, – иди домой.

Жалости он не терпел. Никакой и никогда, даже когда валялся раненый, обкусав губы до крови, чтоб не стонать, а я держала его за руку и молилась грозным богам войны, чтобы он остался жив.

Поэтому я быстро собралась, поцеловала его на прощанье и ушла.

Ксюша 1982

Я стояла, закрыв уши руками, прислонившись к закрытой двери лбом. Но звук проникал в меня даже через ладони.

— Не-на-ви-жу тебя! Не-на-ви-жу! – кричал он со слезами в голосе. – Это все из-за тебя, ты виновата, ТЫ!

Ни в одном страшном сне не могло присниться, чтобы я так разговаривала со своей мамой.

— Прекрати! – кажется, Олеся изо всех сил старалась сохранять хоть какое-то подобие спокойствия. – Не смей так со мной разговаривать. Ты не прав, Денис!

— НЕ прав? – прикрикнул Деня, и потом чуть спокойнее добавил: – Я все знаю!

Олеся молчала.

— Я все знаю, – повторил он.

— Господи…

Я убрала руки от ушей, постояла возле двери, вслушиваясь в молчание и легкие, непривычные шорохи чужого дома.

— Что именно ты знаешь и откуда? – холодным, металлическим тоном спросила Олеся.

— А ты думаешь, я дебил? – Денис снова перешел на повышенный тон. – Да все уже знают, не только я! Мы же… мы с Ксюшей телеграмму тебе давали.

— Телеграмму? – не поняла она.

— Ты ведь уехала к заболевшей бабушке? – ехидно поинтересовался он. – Да ведь, мам?

— Перестань! – кажется, Олеся теряла терпение.

— Я говорил с бабушкой, – а Денис становился более спокойным.

— Что ты ей сказал?! – похоже, он задел ее за живое.