Лето в Российской империи - Дарья Кузнецова,Виктор Фламмер (Дашкевич),Игорь Евдокимов,Александра Лавалье,Тимур Суворкин,Дарья Эпштейн,Женя Гравис Страница 81

Сделано это было довольно умело. И пока сыщик рассматривал забавные вещицы, Алексей Никитич не без усилия и со скрипом распахнул створку окна, впустив в комнату пока еще прохладный утренний воздух.

— Интересное у вас увлечение, – заметил Самарин, указав взглядом на фигурки.

— Да так… Балуюсь в свободное время, – хмуро ответил Бородин.

— Кем вы работаете?

— Инженером в городской управе. Инспектирую городское хозяйство – дома, склады, коммуникации…

— Любопытно. Наверняка в подвалах часто бываете, на чердаках…

— Ну, случается. А в чем дело?

— Так, просто интересуюсь. Там, полагаю, и живности много встречается. Крысы всякие, тараканы, мыши…

— А еще воробьи, голуби, стрижи. Насекомых вам тоже перечислить?

— Меня интересуют только мыши, – ответил Дмитрий и добавил через паузу: – Летучие.

Бородин сощурил глаза, снисходительно скривился и вдруг презрительно выдохнул:

— Этот старый пентюх не придумал ничего лучше, как вызвать полицию? Из-за одной мышки? Нет, я знал, конечно, что он пришибленный на голову, но вы-то куда? Два урядника и фараон? Из-за одного несчастного нетопыря?

Под конец тирады воздух в легких у Бородина кончился, и он сипло закашлялся, хватая ртом воздух. Схватил со стола кружку с водой и начал жадно пить. Самарин пережидал молча. И только сейчас заметил среди нагромождения посуды несколько пузырьков с надписями «ментол», «эвкалипт», «камфора», «хвойный экстракт»… И кастрюлю, накрытую полотенцем.

— Что у вас? Чахотка? – спросил он у Алексея Никитича, когда тот справился с кашлем и опустился на стул.

— Хронический бронхит, – прохрипел тот. – Чтоб его…

— Не расскажете про нетопыря?

— Да достал он меня вконец!

— Зверь?

— Липкин! Тоже зверь своего рода: тварь хоть и крупная, но трусливая и мелочная.

— Что вы с ним не поделили?

— Я с ним ничего не делил! Попросил по-хорошему не курить в квартире! У меня кашель, в жару совсем плохо бывает. А он, как нарочно, поганец – в вентиляцию все выдувал. Вонь невыносимая! Курит же дешевую махорку какую-то, гадость та еще.

— А вентиляцию закрыть не пробовали?

— Все равно тянет. А эта скотина еще с инспекцией любит прийти и проверить. «Что это вы, Алексей Никитич, нарушаете целостность домового имущества? Вы же инженер. Должны понимать, что такое безопасность». Честное слово, убить иногда хочется.

Последнюю фразу Самарин как бы пропустил мимо ушей и задал следующий вопрос:

— Съехать не пробовали?

— Так… жилье-то удобное. Воздух хороший, если без дыма, до службы недалеко, и плата невысокая. В остальном-то… Георгий Палыч… он же на благо мне ее сдал, как сам говорил – верхний этаж, самый чистый. Тьфу, блин…

— И вы решили…

— Ну да, по-идиотски вышло, признаю! Липкин никакую живность на дух не переносит. А тут на одном складе при обходе мышь попалась. Ну, я и прихватил, и отправил ему в гости. Пусть, думаю, тоже побесится, раз не хочет по-хорошему договориться. Соседям надо мирно жить, а не так вот…

— И в котором часу вы отправили… гостя к Георгию Павловичу?

— Около часа пополуночи. Я знаю, он обычно допоздна не ложится. И тут же у меня ночной вызов случился, пришлось уйти. На Моховой возле университета трубы прорвало.

— И вы там до утра провозились?

— Затопило аж до Манежа! Еле управились. Так чего он из-за пустякового мыша полицию вызвал? Жалобу, что ли, на меня накатал, душонка убогая?