Убийство в антикварной лавке - Дебби Янг Страница 81

— У меня есть целая коробка таких же плиток, – сообщила я, когда Фелисити вошла в магазин.

— Правда? Можно посмотреть? – Она опустила авоську на прилавок, пока я доставала коробку из шкафа, куда убрала ее на хранение.

Фелисити покопалась там и подняла на меня сияющие восторгом глаза.

— Никогда не надоедает, правда? Это непередаваемое ощущение прикосновения к чему-то древнему. К чему-то, что последний раз трогал кто-то из другой эпохи.

— Не считая Барнаби, Роберта Прейда, его внучки Тилли и меня, – поправила я ее с улыбкой. – Но я понимаю, о чем вы. Итак, каков вердикт? Это действительно тессеры?

Фелисити провела кончиками пальцев по маленькой терракотовой плитке. Один ее край был плоским, с нескошенными кромками, а остальные – неровные.

— Да, вне всякого сомнения. Взгляните, эти фрагменты сделаны вручную, а не нарезаны с помощью механизмов, как современные детали мозаики. Но и результатом случайного слома тоже не являются. Это работа древнего мастера. Конечно, радиоуглеродное датирование подтвердит мою оценку или метод оптически стимулированной люминесценции.

— О, я смотрела про эти анализы в документальном шоу, – воскликнула я. – Как волнующе!

— И это не все. – Фелисити наклонилась ближе ко мне и понизила голос: – Хотите знать про те контуры в дальнем конце участка?

Я кивнула, распахнув глаза в предвкушении.

— Верхний слой почвы недавно кто-то снял и заменил другим. Я сумела украдкой заглянуть туда, когда Болт отвлекся на телефонный звонок, и теперь уверена, что видела гильотировку. Этот узор из пересекающихся линий обычно использовался по краям больших римских мозаик.

— Думаете, что под пастбищем действительно прячется целый мозаичный пол?

Фелисити кивнула, восторженно улыбаясь.

— Более того, если потыкать землю возле фундамента, где дерн остался нетронутым, можно почувствовать сопротивление, которое соответствует обширному мозаичному полу.

Моя челюсть отвисла.

— Как получилось, что об этом никто не узнал раньше?

Собеседница пожала плечами.

— Это не так уж необычно для невозделанных земель, пустырей и пастбищ. В нашем районе обнаружили более шестидесяти подобных участков. Некоторые из мозаичных полов сняли и перевезли в музеи, другие оставили на месте и снова закопали, чтобы лучше сохранились. А некоторые просто до сих пор не нашли.

— Значит, я не слишком размечталась, заподозрив наличие фундамента римской виллы под пастбищем Болта?

— Вовсе нет, – сказала Фелисити. – Существует еще множество неоткрытых сокровищ. Не могу поверить, что Болт не знал об этой находке. А если знал, то, похоже, не собирался сообщать о ней. Он, вероятно, планировал оставить мозаику под фундаментом или даже выдать ее за современную в надежде, что никто не заметит. Честно говоря, меня приводит в ярость жадность застройщиков. Неужели они не понимают, что древние руины бесценны и их остается все меньше и меньше? В отличие от уродливых новых зданий, которые вряд ли продержатся хотя бы век.

Я начинала осознавать, насколько разочаровывающей может быть работа инспектора археологии. Фелисити приходилось иметь дело с реальным миром в отличие от нашей работы в музее.

— Итак, что вы планируете предпринять дальше? – поинтересовалась я. – Обнаруженного достаточно, чтобы прекратить стройку? Прошу, скажите, что теперь участку вернут его историческое предназначение.