Жизнь с чистого листа - Ханна Линн Страница 99

— Вы знакомы с Беном? – спросила Холли. – По работе?

Он поднял плечи, словно собираясь ими пожать.

— Когда приходится решать столько деловых вопросов, трудно не завести друзей – или врагов – среди руководителей местных банков.

— И к какой же категории относится Бен? Друзей или врагов?

Она чувствовала, что ответ на ее вопрос может оказаться весьма интересным, и даже в сумеречном вечернем свете заметила, как блеснули его глаза.

— О, наш дорогой мистер Торнбери – натура слишком сложная, с почти пуританскими взглядами; вряд ли мы с ним могли бы подружиться. Однако хватит обо мне. Мне куда интересней узнать, каким образом вы познакомились с этими людьми.

— Ну, это долгая история. Хотя, по-моему, кое-что вы и так знаете – ведь это я первая налетела на Бена с его велосипедом и устроила аварию.

Джайлс так искренне расхохотался, что у Холли затряслась рука, которую он так и не выпустил.

— Ну, конечно! Это же был именно он! Как я мог забыть! Понятно. Ну а сегодня что с вами случилось?

«С чего же мне начать?» – подумала Холли и сказала:

— Не помню, упоминала ли я, что у меня в магазине иногда чуть-чуть протекает крыша? Наверху, в кладовой. – Она очень старалась говорить спокойно, даже почти весело.

— Нет, по-моему. А что? Стало хуже?

— Честно говоря, просто чудо, что потолок не обвалился. Если бы не Бен, который случайно зашел в магазин, у нас, вполне возможно, случился бы настоящий потоп. В общем, он, как говорится, оказался в нужном месте в нужное время.

— Да уж, действительно удачно вышло.

— И как только ему удалось заткнуть дыру, он позвонил Джейми и попросил ее немедленно прийти и все уладить.

— Добрый старина Бен спешит на помощь.

И уже во второй раз за этот вечер Холли стало не по себе. Пожалуй, его голос прозвучал чересчур резко. А может, ей просто показалось? И все же настроение у Джайлса явно переменилось. А уж когда он отпустил ее руку и перестал поддерживать ее под локоть, она определенно почувствовала эту перемену и уже хотела спросить, что не так, но тут заметила, что они оказались напротив двери китайского ресторана, где торгуют готовой едой.

— Я сейчас все принесу, – сказал Джайлс и быстро направился к двери, – а вы пока подождите меня здесь.

— Нет, я лучше вместе с вами схожу, – возразила Холли.

— Ей-богу, не стоит. Там ужасно тесно и жарко, никакого удовольствия вы не получите. А я вернусь через пару минут.

И он, не ожидая, пока Холли опять начнет возражать, исчез внутри.

Сперва она машинально вытащила телефон, но потом что-то вдруг заставило ее забыть о телефоне и посмотреть на небо.

— Боже, красота какая!

Этот возглас сорвался с ее губ вместе со счастливым вздохом. Прожив столько времени в огромном Лондоне, она успела позабыть, какое множество звезд рассыпано по темному небу над сельскими полями. Созерцание звездного неба всегда напоминало об отце. Мать в ее жизни всегда была связана с шумными событиями, исполненными цвета, света и кипучей энергии. А отец был человеком на редкость тихим и спокойным. Этакой незыблемой константой ее жизни, чем-то вроде маяка. В юности Холли часто видела, как после того, как сгущались сумерки, он выносил из дома садовый стул, садился и блуждал рассеянным взглядом по светящимся созвездиям. Даже теперь, когда она приезжала к родителям только по особым случаям – например, на чей-то день рождения или на Рождество, – они с отцом всегда находили предлог, чтобы потихоньку выскользнуть из дома и, прихватив с собой чашки с чаем, понаблюдать за теми чудесами, что Вселенная разворачивала перед ними в своих глубинах, на расстоянии миллионов световых лет. Пожалуй, надо завтра же вечером съездить к родителям, вдруг подумала Холли, и ее охватил острый приступ тоски по дому. В конце концов, глупо жить совсем рядом и по-прежнему почти с ними не видеться.