Лисий Омут - Елена Леонова Страница 106

Внезапно у стены с нишами пламя всколыхнулось. Жуков остановился, ища место, где колебания воздуха наиболее заметны. Дина и Мавританов подошли ближе, наблюдая.

— Тут что-то есть, – Жуков отдал свечи Максимовой и достал из кармана железный тросик, а затем начал скрести им между камнями. – Да, здесь тонкая щель, которая идёт ровно по стыкам. Похоже, там действительно может быть проход!

— Прекрасно, – произнёс Мавританов. – Но как его открыть?

— М-да. Механизм так и не понятен, – Жуков вздохнул. – Но я могу разбить стену. У меня есть инструменты.

— Ни в коем случае, – возразил Саблин. – Надо искать механизм.

Он наблюдал, как Жуков продолжил ковырять стену, а Дина и Мавританов отошли в сторону, давая ему пространство для работы. В этот момент Саблин остро ощутил, как ему не хватает рядом Филиппа Смирнова – настоящего мастера сложных загадок, чья интуиция безошибочно отыскивала выход из самых запутанных ситуаций. Вспомнился случай на Мысе Рытом: они с писателем обнаружили колодец, оставленный древней цивилизацией тангутов, и Филипп с лёгкостью нашёл способ проникнуть в подземелье, да и сам следователь поучаствовал в решении головоломки[11].

Взгляд Саблина упал на бронзовые часы в одной из книжных ниш. Странным казалось не только то, что они были вмурованы в стену, но и их расположение, асимметричное относительно ниш. Часы располагались не по центру, а со смещением влево, ближе к проходу, ведущему на лестницу в башню, где Жуков работал со щелями. На фронтоне часов стояли фигуры двух монахов с крупным круглым циферблатом между ними. Большая стрелка замерла на цифре три, а минутная на двенадцати.

— Дин, встань-ка пока здесь, хочу кое-что проверить, – попросил Саблин. Максимова тут же подошла и заняла место в дверном проёме. Невзирая на отсутствие у всех агрессии или желания сбежать, оставлять выход без присмотра представлялось легкомысленным. Саблин подошёл к часам и тронул фигурки.

— Мы уже их изучали, там нет механизма, – тут же сообщил Мавританов, подходя к следователю. – Только странно, конечно, что часы вмурованы корпусом в стену. Обычно так не делают.

— Именно, – согласился Саблин, изучая циферблат.

— Возможно, такая мода была в интерьерах того времени, – предположил Жуков, отходя от стены и вставая рядом с Мавритановым. – Или типа того. Строили же иностранцы по подобию европейских замков, может, так у них принято.

Саблин задумчиво смотрел на часы. Мысли о Смирнове навели его на размышления. Он вспомнил, как Филипп много раз говорил, что в решении загадок значения могут иметь самые обычные и простые детали, кажущиеся пустяковыми на первый взгляд, но главное, всегда повторял он, нужно мыслить нестандартно, использовать самые невероятные решения.

— А в каком году пристроили башню? – спросил Саблин.

— Ох, – Жуков нахмурился, – это знал Кузнецов.

— Кажется, в начале двадцатого века, если мне не изменяет память, – сказал Мавританов, – видел в документах, когда читал про усадьбу.

— Терентий скончался до революции, и его семья уехала из России. Так говорил старик в деревне, – добавила Максимова.

— А какую революцию он имел в виду? – уточнил Мавританов. – Их несколько было.

— Первую, тысяча девятьсот пятого года, если речь про начало двадцатого века, – Саблин не отрывал взгляда от часов.