Смертельный след - Андреас Грубер Страница 11

— Я хочу знать, кому Конрад звонил перед этим, – прорычал он. – И еще: необходимо организовать перехват звонков. Кто бы ни позвонил на этот смартфон, его нужно отследить и найти.

Марк положил пакет в свою наплечную сумку.

— Займет некоторое время, но это выполнимо.

Сабина тем временем тоже сняла маску и, вооружившись складной пожарной лопаткой, принялась рыться в обугленных остатках стола.

— Сгоревший ноутбук, обугленный компьютер и куча выгоревших папок.

— Все забрать. – Снейдер поднялся, глубоко вздохнул и почувствовал, как головная боль от напряжения поползла от шеи к вискам. Даже в лучшем случае анализ всего этого займет несколько дней.

Вдобавок ко всему, как только это воскресенье закончится, ему придется целую неделю обходиться без Сабины Немез и Марка Крюгера. Оба подали заявления на отпуск еще полгода назад. Чертовски неудачный тайминг. Но день еще не подошел к концу. У них оставалось чуть меньше двадцати двух часов, и за это время он выжмет из них все до последней капли – так что в отпуск они уползут на зубах.

Грубый голос вырвал Снейдера из размышлений.

— Что нам уже известно о Конраде?

Снейдер обернулся и посветил фонариком в лицо мужчине его возраста с коротко остриженными седыми волосами. Тот стоял в дверном проеме без каски, на ногах – резиновые сапоги поверх костюмных брюк, и, похоже, ему было плевать, что пожарная вода испортит пиджак.

— Пожарные впустили вас в дом? – удивленно спросил Снейдер.

— Вы ведь не всерьез спрашиваете, Снейдер? – ответил мужчина.

— Нет, это был просто риторический вопрос. – Снейдер коротко посветил фонариком на Сабину и Марка, которые выпрямились и вопросительно посмотрели на мужчину. – Майор Нильс Томсен из БНД[5] – это мои люди, – кратко представил их друг другу Снейдер. Видимо, ни Сабина, ни Марк не удивились тому, что Федеральная разведывательная служба интересуется Паулем Конрадом. Марк, скорее, был поражен вопросом Томсена о Конраде.

— Разве разведка не знает того, что знаем мы? – язвительно спросил он.

— Просто расскажи ему, – махнул рукой Снейдер. Он воздержался от символического поднятия трех пальцев: Марк и так коротко и точно изложит суть.

— Пока рассказывать особо нечего, – признался Марк. – Мы ведь узнали о Конраде только вчера. В молодости он изучал социологию, затем психологию и философию, но также интересовался политологией. В 80-х был активным участником левого студенческого движения и симпатизировал второму и третьему поколениям «Фракции Красной армии»[6]. В 90-х он преподавал социологию в Мангеймском университете, пока во время одной лекции у него не случилась паническая атака, после чего он сразу же покинул университет и отошел от публичной жизни.

— Примерно в то время, когда РАФ самораспустилась в 1998 году с заявлением о признании вины, – добавил Снейдер, за что получил от Томсена предупреждающий взгляд.

— С тех пор он нигде официально не работал и почти не оставил никаких цифровых следов, – продолжил Марк.

— Но как-то же он должен был зарабатывать на жизнь, – заметил Томсен. – Воровством? Мошенничеством?

— Мы не знаем, – сказал Марк. – В любом случае он ни разу не попался, и судимостей у него нет.

Томсен сделал несколько шагов по грязи к середине комнаты и огляделся, подсвечивая себе фонариком.