Фактор Лилит - Джин Пайва Страница 12

Когда нехитрый список покупок был исчерпан, сеньор Перес обвел взглядом лавочку и закончил свой мрачный монолог коротким, но сильным утверждением: «Если кто-нибудь сделает мне приличное предложение, я вылечу из этого дома раньше, чем вы закроете на ночь магазин!»

Они сделали приличное предложение.

Они почти налетели на пораженного старика, уже повернувшего к выходу, бурно выражая свое желание осмотреть его дом. После короткой прогулки между Морнингсайд и Манхэттен-авеню Сто двадцать вторая показалась им оазисом мира в прифронтовой полосе: по обеим сторонам улицы стояли домики из песчаника ровными рядами, как подчеркнул сеньор Перес – ни один из которых не был выше трех этажей, вернее, четырех, если считать подвальный, и ни один фасад – шире, чем на два окна! Минуя два квартала домиков за оградами, они свернули и по каменным ступенькам поднялись к двойной стеклянной двери. При виде резной деревянной двери, следующей за стеклянной, у них буквально перехватило дыхание; эльфы и нимфы резвились в причудливом саду.

Обменявшись взглядами, оба почувствовали, что никакого значения не имеет, каков дом внутри.

Хотя на оформление покупки и все бумажные хлопоты потребовалось несколько недель, сеньор Перес был верен своему слову и выкатился, прихватив двоих других обитальцев, через сутки после закрытия лавки. Последние восемнадцать месяцев они чинили, меняли, приколачивали, отламывали и строили – своими руками, которым предназначалось держать только скальпель. Пали стены – и гроздь темных комнатушек, выходивших на улицу, превратилась в большие залы, по одному на этаж. Первый этаж – идеальный для приемной и кабинетов; второй – для грандиозной спальни! Лестница была разведена на два пролета, сломанное оборудование ванной снято и заменено, все водопроводные трубы осторожно подключены к существующей системе, а выходившая в сад большая комната подвального этажа стала кухней-столовой и кладовой.

Их пациенты не жаловались, когда ладонь, державшая стетоскоп, оказывалась несколько шершавей, чем можно было ожидать, и не один лаборант втихомолку ухмыльнулся, увидев руки доктора, умевшего пользоваться ими вне поля профессиональной деятельности.

Теперь у них было два этажа сразу и третий – в перспективе, вернее, по мере потребности. Подвальный этаж приспособили под квартиру, выходящую в сад, так что, когда с водопроводом было покончено, горячая и холодная вода побежала по трубам, оставалось только освежить краску, наложив, так сказать, последний мазок, – и помещение готово к аренде; если исходные планы не материализуются, любой дополнительный доход в ближайшие годы будет приветствоваться очень горячо.

Первый этаж должен стать их рабочей территорией; приемная, два маленьких кабинета с примыкающими смотровыми, крошечная лаборатория и кухня-кладовая. Последний этаж будет оборудован позже; на данный момент спальня и громадная ванная полностью покрывали их потребности. Все остальное при их бюджете было бы излишеством, а с учетом того, что их жизнь только начинается и мечты имеют вещественное подкрепление, гостиная и студия на втором этаже могут подождать.

Предпоследняя полоска обоев отошла целиком. Пыль и штукатурка сыпались с дряхлых стен, мягко припудривая гладкую кожу цвета слегка поджаренного миндаля, туго натянутую на скулах Элизы, выбелив ее золотисто-каштановые волосы.