Кровный омут - Наталия Лирон Страница 120

Покружив возле одного дома, я перешла ко второму и, то приближаясь, то отступая, старалась заглянуть в светлые проемы – никого знакомого не обнаружила, перешла к следующему – номер три, литера А.

По-хорошему, наверное, нужно ехать домой, как и советовал Иван, а завтра… Я почувствовала, что подмерзаю.

Сзади мне мигнула фарами машина, въезжающая во двор – я стояла у нее на пути. Ретировавшись, я отошла назад и… узнала автомобиль. Это был «Пежо» с фотографий, которые лежали на старом деревянном столе в съемной квартире, – небольшой, темно-серый, сейчас казавшийся в темноте абсолютно черным.

За рулем сидела Тоня.

Глава 17

Машина въехала, и я пошла следом. Тоня посмотрела на меня один раз, другой… и остановилась, не доехав до парковочного места. Открыла окно, снова меня внимательно оглядела:

— Привет, Сонь.

— Привет.

Мы смотрели друг на друга, будто видели впервые. В каком-то смысле так оно и было.

— Что ты тут делаешь? – спросила она. – Ты же вроде уехала обратно в монастырь?

— А ты? – в тон спросила я. – Ты же вроде живешь в Новосибирске?

Она слегка усмехнулась:

— В общем, я должна была это предположить. Не могло же быть всегда так.

— Ты о чем?

Тоня посмотрела по зеркалам, вперед и кивнула мне:

— Садись в машину, поговорим.

— Где Кирилл? – Я сжала челюсти. – Я хочу его видеть. И пришла за ним.

На мгновение ее лицо застыло, правый глаз нервно дернулся:

— Садись, я тебе все расскажу, мы стоим на проезде.

Я продолжала стоять:

— ГДЕ МОЙ СЫН?!

— Да садись ты, господи! – прикрикнула она. – Что на улице истерику устраивать?!

— Ладно…

И я двинулась в сторону пассажирского места, огибая машину с капота.

Хлопок водительской двери – она открылась, шаг… два, три… Сестра подошла ко мне с полуулыбкой.

— А-а-гм…

Голова вспыхнула изнутри болью. В глазах заплясали ржавые всполохи света.

— Тихо… – чей-то далекий шепот.

Еще один удар… всполохи выросли в огненно-зеленое пламя между бровями.

— Гм-м-м… Т-т-тонь… – оборачиваясь, смутно вижу ее бледное лицо. – Т-тонь…

— Коза тупая…

Хватаю руками влажный питерский воздух, он проскальзывает в пальцах – не зацепиться, – пытаюсь ухватиться за край машины… соскальзываю…

Толчок… гребу руками вперед и вбок, тело не слушается, сползая безвольной тряпкой в снег.

— Кхм… хрр-р-р… – Стон в горле клокочет и не может вырваться наружу, колени стукаются о холодный вычищенный асфальт.

Боли от третьего удара я уже не чувствую – только слышу чавкающий звук и через секунду скатываюсь вниз, холод в левом боку, а дальше накрывает темный вязкий туман.

У-у-у-у-у…

Сознание возвращается вместе с болью, монотонной и густой.

У-у-у-у…

Не могу понять – это вокруг темно или я еще не открыла глаза. Не открыла.

Не открывай. Прислушайся. Дыши. Медленно и мелко. Нестерпимо хочется кашлянуть. Чувствую привкус крови во рту. Кашляю.

У-У-У-У…

Тут же стискиваю зубы, чтобы не закричать, – чугунный молот лязгает изнутри по вискам и затылку. И после кашля медленно успокаивается.

Я лежу в машине. Мы едем.

Пробую потихоньку двигаться. Руки связаны за спиной, плечи неудобно вывернуты, лежу щекой на жестком коврике. Душно. Пахнет шинами, кровью и еще чем-то искусственно-химическим – то ли растворителем, то ли бензином. Машина едет быстро, на ухабах меня подбрасывает, стукаюсь скулой о неудобный край коврика. Пуховика и шапки на мне нет – только кофта, джинсы, ботинки.