Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен Страница 121

— Джей!

— …Разнесу его в пух и прах.

«Споксмен-ревью» теперь поступал к завтраку на стол Уильямса уже с вырезанными страницами. Жена убирала статьи об изнасилованиях.

— Не хочу смотреть, как у тебя случится сердечный приступ, – объяснила она.

Однажды декабрьским днем он резко остановился на тротуаре перед местным продуктовым. Кто-то нанес по трафарету алый силуэт распростертой женской фигуры и надпись: «Здесь изнасиловали женщину». Через несколько дней такое же послание появилось на дорожке перед его церковью.

С приближением Рождества Уильямс обнаружил, что все чаще беспокоится о Фреде Коу. Казалось, старый друг уже начинает выходить за рамки привычной эксцентричности.

Звонки к нему домой сопровождались напряженной тишиной или басовитым голосом, произносившим: «Метро».

Друзья-риелторы жаловались: они звонили Коу, он снимал трубку – и молчал. Иногда издавал странные гортанные звуки, будто что-то было не в порядке с линией, а иногда можно было услышать, как он кладет трубку на пол и уходит через комнату. Джей нашел особый подход: звонил и говорил:

— Фред! Фред! Я знаю, что ты там.

Обычно после этого Коу все-таки отвечал.

Однажды Уильямс отвел его в сторону.

— Все уже говорят о том, как ты отвечаешь на звонки. Ты, кажется, не понимаешь: сняв трубку, надо сказать «алло». Что происходит?

— Дженнифер вешает платные звонки на мой номер, а телефонная компания прослушивает мою линию. Я стараюсь таиться.

Телефонные странности только укрепляли за ним репутацию безобидного чудака. Но Джей знал и более тревожные примеры.

Одну историю он услышал от своего отца, известного в Спокане бизнесмена. Фред открыл счет в банке далеко на севере Дивижн-стрит, почти за городской чертой, и затем день за днем появлялся там по пустякам: обналичить чек на пять долларов, разменять купюру, сделать что-нибудь, что можно было сделать где угодно. Однажды кассирша заметила, как Коу стоит в углу и пятнадцать минут неотрывно смотрит на отца Джея.

Позже она сказала мистеру Уильямсу:

— Его зовут Кевин Коу. Он появляется здесь под разными предлогами, но живет на Саут-Хилл, а работает в Спокан-Вэлли. Как вы думаете, он присматривается к банку?

— Он не грабитель банков, – ответил Дон Уильямс. – Он самый старый друг моего сына.

— Тогда почему он так на вас смотрит?

— Он всегда так смотрел на людей. Он немного странный.

Больше чем немного, подумал Джей, услышав эту историю.

Своими опасениями он поделился с Джоном Найбергом, третьим участником их старого триумвирата.

— Что-то не так, Горбун, – сказал он. – Я никогда не видел его таким странным и напряженным. Он будто все время грезит наяву.

Уильямс понизил голос.

— Честно говоря, я думаю, что он сумасшедший.

— Ты преувеличиваешь!

— Хотел бы. Слушай, он всегда был эксцентричным, верно?

— Да, только не говори этого ему.

Джей рассмеялся. Коу ненавидел это слово. Всего несколько дней назад он решительно заявил:

— Я не эксцентричный, Джей, это ты эксцентричный. У меня есть несколько грешков, вот и все. Эй, мы должны стоять друг за друга! Вечная верность. Esprit de corps! Если люди говорят, что я необычный или эксцентричный, просто скажи им, что я, э-э, яркий индивидуалист.

Теперь Уильямс пересказал Найбергу и последние странности Фреда.

— Как будто он стал таким странным, что уже не может этого скрыть.