Секреты мертвых - Хизер Критчлоу Страница 131

Фото загружается медленно. Кэл не в силах понять и принять то, что видит.

На снимке Марго. Не узнать сестру с ее рыжими кудрями и озорным выражением на лице невозможно. Голова Марго прильнула – щека к щеке – к голове мужчины. Его руки обвивают ее талию. Оба ухмыляются в камеру, им очень весело. Они явно на какой-то вечеринке. Но лицо Марго какое-то странное, чужое. И рядом с ней… Да нет, этого просто не может быть! Это полная ерунда.

Мужчина, с которым где-то сфотографировалась Марго, – Джейсон Барр.

Глава сороковая

Брайони, 2007 год, Уэстер-Росс,

Северо-Шотландское нагорье

— Мы не можем так жить дальше.

Брайони изумлена тем, что Энгес удосужился прийти и поговорить с ней. Она думала, что он опять проигнорирует ее и ляжет спать. В доме жутко холодно. Но она лишь тупо смотрела на пепел в камине – она слишком устала, чтобы снова его разжечь. Ей потребовался целый час на то, чтобы убрать соус для пасты и осколки тарелки, рассыпавшиеся по всему полу в кухне. И у нее было время, чтобы поразмыслить над своей вспышкой гнева и обратить ее в ненависть к самой себе.

Энгес проходит от дверного проема к краю дивана. Садится подальше от нее, будто боится оказаться в непосредственной близости к опасному зверю.

— Брайони, ты слышишь, что я говорю?

— Я знаю, – тихо отвечает она. – Так больше жить нельзя.

— Но я не желаю разводиться с тобой.

Муж говорит сквозь слезы, и именно это потрясает ее больше всего, заставляя поднять голову. Брайони боится взглянуть на Энгеса, но вынуждена это сделать. Его глаза красные, а дыхание отдает запахом пива. Значит, муж был в пабе. Интересно, все сельчане знают, как несчастливы они в браке?

Брайони ощущает странное оцепенение. Почему она не испытывает никаких эмоций? Хочет ли она разойтись? Развод – это квартира в Глазго, работа, свобода.

Заманчиво. Но все в прошлом. Мысли о сыновьях пробиваются на первый план, отталкивая в сторону все остальное. Пусть по-своему – неправильно, неидеально, – но она любит детей. Любит! Она безумно несчастлива, однако вернуться к тому, что было раньше, до их рождения, уже не может.

— Скажи мне, что я должен сделать, – молит Энгес.

Ее первый порыв – отступить, закрыться, защитить себя от мужа. Но что-то внутри подсказывает ей: это уже дно, и ей нужно всплыть как можно скорее, ухватиться за любую предлагаемую помощь; если она этого не сделает, то утонет.

— Я не знаю, – говорит Брайони. Ее слова как клей на языке. – Я чувствую себя такой несчастной, Энгес. Постоянно.

— Ты… Ты хочешь…

— Что?

Муж плачет. Брайони едва разбирает его слова.

— Тебе хотелось бы, чтобы у нас никогда не было детей?

Первый ответ, который приходит ей в голову: «Да». Ей хотелось бы этого. Но на самом деле все гораздо сложнее. Брайони теперь не представляет мир, в котором нет Робби и Шона. Но она не создана для материнства. Она просто недостаточно хороша для этого. Брайони качает головой:

— Я не могу представить, что у нас их нет.

Энгес, рыдая, падает ничком на диван. Брайони машинально протягивает к нему руку, руководствуясь тем, что ей следует сделать, хотя сама потрясена и напугана. Через несколько секунд муж поднимает голову, притягивает ее к своей груди и стискивает в крепком кольце рук. Его тело теплое, и Брайони льнет к этому теплу, ища в нем успокоение.