Кровный омут - Наталия Лирон Страница 138

Женек тут же скорчил умоляющую гримасу.

— Мы уже в пути, – затараторила я, – уже едем. Да, е-дем! Скоро будем!

Нажала отбой и посмотрела на него.

— Бежим! – Его больше ничего не волновало: ни папа в административном корпусе, ни мама на работе, ему хотелось только одного – успеть.

Поэтому он спокойно оставил свой телефон в домике, там же незаметно я выложила и Федин мобильник, предварительно обтерев его о толстовку.

К машине мы дошли быстро окольными путями, и Женька расспрашивал меня только о лагере: а где, а как, а что?

А как сели в машину – разглядывал свои новые вещи, которых было в избытке: и настоящий складной нож, который вы ему не разрешали, и специальные легковоспламеняющиеся спички, и спальник, котелок, сухой паек, специальную походную аптечку, почти военное обмундирование. Он про вас и думать забыл.

— Мам Тоня, какая же ты у меня классная! – он перегнулся с переднего сиденья и поцеловал меня в щеку. – Обожаю тебя! Прям очень-преочень!

— И я тебя, сынок!

Тогда он не заметил, что я назвала его сыном, просто был очень рад. И я была очень рада!

— Рада?! – Я смотрела на нее во все глаза. То, что она рассказывала, было абсолютно чудовищно. – Ты радовалась Ки… Жеке, только что убив его отца?! Как так? Неужели ты думала, что он не будет скучать?

— А, – Тоня легко отмахнулась, – я знала, что он быстро привыкнет, это мелочи. Главное, что у него всегда была я. А теперь он был у меня.

Воздух вокруг стал густым и вязким, как эта бесконечная зимняя ночь. Я вспомнила, как тогда моя жизнь крошилась осколками неба мне на голову. А мой сын в это время уплетал из походного котелка макароны с тушенкой или вытаскивал из костра печеную картошку черными от углей пальцами, присаливал и ел.

— За что, Тоня, за что ты так со мной? – Глаза резало горячими слезами. – ЗА ЧТО?!

Она тогда видела мою боль. Она утешала меня! Держала за руку, когда сотни людей прочесывали лес, а водолазы опускались на дно в поисках его маленького тела… Все это время она знала, что он жив! Боже… Милосердный Господь мой, безжалостный мой Бог, как Ты мог это допустить?! Ты ли вел ее в этот час? Ты ли был с ней? С Твоего ли ведома это все, Отче?

Она разозлилась:

— Да на хрен ты мне сдалась-то?! Думаешь, мир вращается вокруг тебя?

Я опешила:

— Что?

— Дело было не в тебе, а в Жеке, в моем Женечке. Я просто хотела быть с ним. Без тебя.

Как долго и жарко, долго и жарко… Без меня… Без меня…

— Но ведь я была жива! И этот проклятый его лагерь не мог продолжаться вечно!

— Я забрала его через две с половиной недели, хотя он должен был пробыть три – сказала, что ты и Федя попали в автокатастрофу, но он был в походе, быстро связаться с ним не получилось, поэтому вас уже успели похоронить. Организовала памятник. – Она чуть шмыгнула носом. – Ты даже не представляешь, сколько деньжищ стоят такие вещи! Просто не представляешь!

— Но К-к… Женя, что с ним? Он ведь не мог просто так… – Я растерялась, не знала, как правильно задать вопрос. – Тут же все: его дом, комната… Что ты ему сказала? Куда дела? Его же искали…

— К тому времени основные поиски уже свернули. Да и искали через две недели не живого Женю, а его тело, которое должно было всплыть из того проклятого озера при потеплении. – Тоня чуть потянулась на диване. – Ноги гудят. Я устала, надо спать, завтра решу, что с тобой делать.