Кричащая Башня знает - Любовь Минеева Страница 153

— Думаешь, Эмка на это поведется?

— Вот, Сластена, зришь в корень. Думаю, не поведется. Из Эмки та еще роковая соблазнительница. – Аринка скривила лицо и рассмеялась. – К тому же это может занять много времени. Я начала думать и вдруг поняла, что у меня есть самая замечательная, невероятно красивая, – Аринка начала лукаво улыбаться, и чем шире становилась эта улыбка, тем больше мрачнело мое лицо, – а главное, преданная! – подруга.

Многозначительная пауза дала мне возможность до конца осмыслить суть ее идеи. Я рассмеялась – прямо от души, легко и задорно. Аринка – тоже. Она, видимо, думала, что я своим смехом поддержала ее коварный план. Отсмеявшись и запив веселье пивом, я ответила:

— Ты с ума сошла? Как ты себе это представляешь?

— Да легко! На той неделе мои уезжают к родственникам в Кумер, позовем народ, устроим пьянку. Ты сделаешь вид, что по пьяни не удержалась и открыла Максу сердце, повиснешь на нем в темном уголке, начнете целоваться, тут захожу я – ну дальше скандал, развод и девичья фамилия. И главное – будут свидетели, и сам Ванька в их числе.

— Супер. А на меня Макс, значит, поведется?

— Поведется! Я тебе не рассказывала? Они же оба – и Макс, и Ванька – сначала на тебя запали. Ну тогда, в сентябре, когда мы только познакомились. Мне Макс сам рассказывал. Они оба. Я даже психанула немного.

Что?

— Что?

— Ну да. – Аринка развела руками, мол, сама не понимает, как такое возможно. – Мол, ты вся такая грустная и загадочная, прямо незнакомка из стихотворения Блока. Зацепила их твоя таинственность.

— Это Макс говорил? – Я начала нервно хихикать. – Про Блоковскую «Незнакомку»?

— Нет, Ванька. Мы втроем в кафе сидели, они что-то вспомнили про тебя, ну и рассказали. Так что Макс поведется. – Аринка многозначительно подняла брови. – Его зацепит, что всем недоступная Настя Нагаева таки сломалась об него. Я прямо уверена.

«И шляпа с траурными перьями, и в кольцах узкая рука», – процитировала я про себя. То, что Ванька запал на меня, просто поражало. Завораживало. Я представляла подобное только в самых смелых своих мечтах.

— Когда это было? – спросила я, все еще думая об услышанном.

— Давно. Может, месяц назад.

— И что, потом очарование прошло? – Я попыталась изобразить усмешку, мол, мне все равно, просто любопытно. Но Аринку в таких делах не проведешь. Она смотрела на меня с жалостливой, но искренней полуулыбкой.

— Типа того, – ответила она. – Загадки интересно разгадывать, когда отгадка есть. А тебя хрен раскусишь. Слишком сложно. Ну, они другими словами сказали, конечно. Типа, ты всегда хмурая, не умеешь флиртовать, не смеешься, не разговариваешь.

И они переключились на Аринку – флиртующую и веселую. По крайней мере, Макс. А Ванька? Может, он не сдается?

— Короче, к делу! – Аринка стукнула ладонью по столу. – Провернем? Воспринимай это как игру! Представь, что ты актриса в спектакле!

— Нет! Не буду я этого делать! Ты порвешь с Максом – ладно, а что со мной? Тоже перестанем дружить?

— Ну вот еще! Я с тобой помирюсь, скажу, что прощаю тебя, ты была пьяна, влюблена… А вот Максу прощения нет, решил воспользоваться поддатой бабенкой, тем более моей лучшей подругой! Ну в таком духе.

— А тебя не волнует, как я буду выглядеть потом в глазах других людей? Когда все узнают? Того же Ваньки, например?