Дом стыда - Лин Йоварт Страница 157

— Это еще что за штука такая? – спросил Ожье, указывая на последние два слова.

Элеонора была рада, что эту тему освещали в ходе курса «Как мыслит убийца?».

— Так называют расстройство, при котором люди испытывают потребность выдумывать истории о своей жизни, обычно для того, чтобы произвести впечатление на окружающих, привлечь к себе внимание, для поднятия самооценки, а иногда для достижения конкретных целей – чтобы устроиться на работу или впечатлить девушку.

— Другими словами, патологическая лживость?

— Причем речь идет о крайних значениях шкалы. Иногда такие люди повторяют ложь столь часто, что сами начинают в нее верить, и тогда фантазии в их уме превращаются в реальность.

— То есть Джейн чокнулась и бредит?.. Ну да, вы правы, ее упрячут в психушку.

— Вот-вот, это и есть подход Хьюсона. Читайте дальше.

Рекомендация № 3

Срок лечения – на усмотрение Ее Величества.

Ожье присвистнул.

— То есть бессрочно?

— Ага. Бессрочно. Помните, как Коттер пообещал, что упечет ее за решетку до конца жизни? Ну вот: рекомендация номер три как раз и говорит, что она будет находиться в закрытом учреждении до самой смерти. Или до тех пор, пока кто-то не докажет, что Хьюсон был неправ. А теперь посмотрите сюда.

Детектив указала на приписку от руки в нижней части страницы.

«Пациентка принята в психиатрическую больницу Арарата 17 июня 1973 года».

— Между заключением экспертизы и приемом в больницу всего один день. Никаких независимых проверок, судей и жюри присяжных. Только Коттер и Хьюсон.

На бумаге все выглядело идеально. Можно сдавать дело в архив – именно так, как хотел Коттер. Дело закрыто.

* * *

— Не надо убирать никаких бумаг из этой комнаты, – сказала Элеонора.

— Но, босс, вы больше не мой босс, – встревожился стажер. – Коттер приказал очистить комнату к завтрашнему утру.

— Хорошо. – Детектив взглянула на часы. – У меня есть остаток дня и ночь, дабы доказать, что Хьюсон неправ и что Джейн справедливо назвала Коттера кретином.

Ожье встревожился еще больше.

— Господи, босс, что у вас на уме?

Элеонора посмотрела на черную доску, с которой еще не успели ничего стереть. Список подозреваемых. Если Джейн не виновата в убийствах, то, по логике, Элеоноре следовало перебрать имена из списка. И первой в нем значилась миссис Алисия Уайтхолл.

— Я нанесу визит скорбящей вдове.

Джейн

1973 год

— Она говорит, что ее задача – слушать, а моя – рассказывать все как на духу. Я начинаю рассказывать, а через три минуты она поднимает руку и прерывает меня. Ей, как видно, неинтересно слушать о приглашении на свадьбу и о том, как меня, накачав шампанским, изнасиловал отец лучшей подруги. В четырнадцатилетнем возрасте.

— Да-да, – бормочет женщина, отмахиваясь от моих слов. – Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать ваши детские впечатления.

Конечно, не для того. Чтобы извлечь «пользу» из наших встреч, я, очевидно, должна рассказать ей все подробности убийств: как я решила, кого убивать, какой яд выбрать, как узнала местонахождение жертв, каким образом умудрилась заставить их принять отраву и насколько раскаиваюсь в содеянном по шкале от одного до десяти.

У нее едва слюни не текут, когда она все это перечисляет. Элегантная черная ручка хищно зависает над элегантным черным планшетом.

Я смотрю на собеседницу в упор.