Признание в убийстве - Лия Миддлтон Страница 16

Она медленно подводит курсор к ссылке, сердце колотится, пульс грохочет в ушах. Эмилия понимает, что ей не стоит смотреть. Не следует этого делать. Но по-другому она не может.

Она быстро щелкает, и открывается другая страница. Появляется черный экран, вращается знак загрузки.

Эмилия внутренне сжимается, душа уходит в пятки, когда она находит взглядом подпись к видео.

КОМНАТА ИСПОВЕДИ: ХЕЙЛИ ДЖЕЙМС И ЛУКА ФРАНКО.

Это правда. Это действительно происходит.

Кто-то совершил убийство. Снял его на видео. Признался в этом… и теперь заливает ролик в интернет, чтобы весь мир увидел.

Эмилия колеблется секунду, затем, задержав дыхание, нажимает кнопку «play».

На видео комната, снятая сверху; камера висит в одном из углов. Камера наблюдения. Кадр приближен прямо к лицу молодой женщины. Хейли. Ее тело приковано к стулу. Дыхание прерывистое, плечи то поднимаются, то опускаются, она отчаянно пытается вдохнуть поглубже.

Затем…

«Время вышло, Хейли!»

Эмилия хмурится. Голос низкий и хриплый. Кто это? Лука? Или убийца?

— Не могу! – Хейли скулит из-под пальцев, ногти накрашены красным, лак на кончиках сколот. Она смотрит вверх, взгляд пристальный, будто она глядит на кого-то конкретно.

— Я не могу этого сделать!

— Просто сделай! Черт возьми! Мы не знаем, что случится, когда время выйдет!

Хейли бешено трясет головой все быстрее и быстрее, ее писклявые вопли превращаются в гортанные всхлипы.

— Хейли! Говори уже, что ты натворила…

— Я изменяла тебе!

На какой-то момент в видео воцаряется тишина, единственный звук – едва различимый белый шум камеры.

— Что? – говорит второй голос.

Я изменяла тебе.

Это Лука.

— П-п-прости.

— Расскажи мне, как это случилось. Как долго?

— Я не могу…

— Придется, ты помнишь? Ты должна была признаться!

— Я… Я… Это длится уже почти год. Не потому, что я не люблю тебя. – Она плачет, ее глаза распахнуты в мольбе. – Я понимаю, что люблю тебя так, как ты меня никогда не полюбишь. А я всего лишь хотела узнать, каково это – иметь власть над кем-то. Когда кто-то любит меня настолько сильно, а я ничего к нему не испытываю.

— Что за херню ты несешь? Я же люблю тебя.

— Может, ты так думаешь, но ошибаешься. Не так надо любить кого-то. Я думаю, что ты любил меня вначале, но потом изменился. Эти люди, с которыми ты проводишь время, они изменили тебя! То, что ты делаешь, – не любовь. Это контроль. Мне жаль… Прости, прости меня.

Она отводит взгляд от его лица и, смотря куда-то вверх, выдыхает.

— Мое время почти вышло! Что теперь будет? Прошу! Помогите мне, кто-нибудь!

Запись резко обрывается, экран чернеет.

Эмилия ждет, вдох застыл внутри, поверхностный, неглубокий. Конец? Она дергает мышь – осталось несколько минут записи.

Спустя несколько секунд снова появляется комната, и желудок Эмилии сжимается. Лицо Хейли, искаженное страхом, тоже вернулось, но это уже не стабилизированное видео с камеры наблюдения. Запись трясется во время движения, как будто кто-то держит камеру одной рукой.

— Пожалуйста, не делайте этого, – хрипло говорит Лука.

— Умоляю. – Хейли шепчет, ее взгляд обращен вверх.

— Прошу, не…

Эмилия выдыхает от ужаса при виде дула пистолета, появляющегося сбоку. Раздается выстрел, подводящий итог всему.

Голова Хейли падает вперед, ее глаза открыты, но пусты.