Дом стыда - Лин Йоварт Страница 167

Вот почему Элеонора хотела еще раз поговорить с Айрин. Уж мать-то должна знать вероятных хищников, даже если на них не могла указать дочь. Однако слова придется выбирать очень тщательно.

«Печально, но факт, Айрин: иногда виноват мужчина, казавшийся девушке самым милым и добрым человеком. Просто подумайте хорошенько, кто был с ней рядом в то время? Может быть, какой-нибудь учитель проявлял особый интерес к успехам Джейн? Или кто-то еще, часто ее видевший, очень добрый по отношению к ней, какой-нибудь…»

— Ух, черт! – Элеонора резко затормозила на середине дорожки; в сознании всплыл образ «лощеного старого пердуна», добренького соседа, в чьем доме Джейн сидела по полдня, когда мать задерживалась на работе. Не из-за этого ли Айрин бросила оплачиваемую работу и занялась надомным трудом – не хотела, чтобы Батлер оставался наедине с Джейн?

Почему же тогда Айрин настояла, чтобы Батлер присутствовал при ее беседе с ней и Ожье?

Детектив вцепилась в рулевое колесо. Айрин была пьяна. Кто угадает, какие мысли бродят у нее в голове? Элеонора решила, что Айрин попросила Теренса остаться для моральной поддержки и защиты, но что, если причина была в другом? Может, она хотела, чтобы Элеонора присмотрелась к нему поближе? Что, если Айрин пыталась свести ее с Теренсом лицом к лицу, не заявляя в лоб: «Я не доверяю своему соседу»?

Господи, Батлер даже намекал, что имел опыт общения с копами. Уж не числятся ли за ним преступления на сексуальной почве?

Сосед приветливо махал им, когда нес кастрюлю с едой для Айрин, однако встреча с ним оставила у Элеоноры странный осадок. Интуиция подсказала попросить Ожье, чтобы он навел справки о Теренсе Батлере.

В памяти всплыла еще одна деталь разговора с Батлером и Айрин. Эта подробность в тот момент ускользнула, но теперь не давала Элеоноре покоя. Батлер назвал Джейн своей любимицей. Это слово теперь холодным скользким ужом застряло в глотке детектива.

Заметив на окраине Арарата телефонную будку, она сразу же позвонила Ожье и попросила его приехать к дому Айрин, затем нашла винно-водочный магазин и купила бутылку красного вина сносного качества. Возможно, «смазка» поможет Айрин высказать вслух все, что она думает о соседе.

* * *

— Опять вы? Я уже сказала вам, что не знаю, где Джейн.

— Я хочу поговорить не о ней. – Элеонора показала Айрин коричневый бумажный пакет с бутылкой. – Можно войти?

Айрин взяла вино и отступила назад, пропуская детектива в дом.

«Вот те на, – подумала Элеонора, – а Теренс говорил, что она никого не впускает, кроме него…» Или Айрин просто повелась на бутылку? Кстати, сколько раз она просила соседа в тот день принести вина? Кажется, чересчур часто – раза три. Так что Батлер, возможно, носил ей не еду, а выпивку. Еду приносили другие соседи, а Теренс Батлер таскал винчик. Тогда неудивительно, почему Айрин с такой готовностью открыла ему дверь. Напрашивался тревожный вопрос: зачем Батлеру потребовалось спаивать Айрин?

* * *

— Почему вас интересует Теренс? – спросила Айрин, поднося к губам налитый до краев бокал и указывая свободной рукой Элеоноре и Ожье на два до половины наполненных бокала.

Элеонора постаралась найти подходящие слова для начала разговора, обещавшего быть трудным.

— Нам нужно отработать кое-какие незаконченные версии.