Дневник убитой женщины - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 168

Кивая, Гуров делал записи, одновременно сопоставляя рассказ Калугиной с показаниями прислуги.

— Швецова, домработница, из того же теста, — продолжала ябедничать Александрина. — Убирается абы как, оставляет пыль повсюду. Неужто не знает, что пыль вредна детскому организму? У самой ведь дочь растет… Как не стыдно! А все потому, что бездельница и распутница, голова мужиками занята. Погрязла в грехе настолько, что мужчин водила прямо в хозяйский дом.

Интересная зацепка: посторонний мужчина в особняке Казарновской. Кто он? Действительно ли любовник Швецовой или преступник, пришедший с намерением убить Инну? Кстати, одно не исключало другого.

— Вы видели этого мужчину? — взволнованно спросил Гуров.

— Нет, к сожалению. Извините мою бесполезность. Но мужчина точно был, заверяю вас. Он являлся чуть ли не каждый день, а может быть, и каждый день, когда я, Марина и Мимиша втроем отправлялись в лесопарк на медитацию или еще куда-нибудь. Представляете, эта коварная женщина, вместо того чтобы позаботиться о девочке, развлекалась со своим любовником!

— Как вы догадались о его визитах?

Загибая пальцы, Калугина перечислила улики:

— Во-первых, в воздухе витал запах мужского одеколона. Мой Мимиша таким не пользуется. Во-вторых, у задней двери блестел от воды порог. Зачем ленивице понадобилось перемывать порог заново? Только по одной причине — в дом кто-то заходил и наследил обувью. В-третьих, вещи лежат не на местах. Временами были передвинуты стулья, которыми слуги не пользовались. На столе в гостиной как-то раз стояло блюдце с остатками печенья, а прислуга там не ест. В-четвертых, в дни визитов Швецова красила губы и поливалась духами, хотя до этого косметикой никогда на работе не пользовалась. Чем не доказательства?

Наблюдательна, подозрительна и умеет выстраивать логические выводы, пусть и скороспелые. Полный набор качеств превосходной мошенницы. Спорить о том, что улики не слишком убедительны, Гуров не рискнул. Ему было важно, чтобы Калугина не замыкалась в себе, а вывалила как можно больше информации, поэтому он скупо пообещал:

— Мы проверим эту зацепку, спасибо. Очень хорошо, что вы проявляли такую заботу об Инне и внимательно следили за ее здоровьем и безопасностью.

Калугина зарделась.

— Ее возвращение стало ответом Вселенной, вознаграждением за наши труды по духовному совершенствованию. Естественно, мы обрадовались. Мы втроем, то есть вместе с Мариной, проделали долгий и нелегкий путь к безгрешности, и космос отозвался на наши успехи. Вы можете не верить, но я убеждена, что Вселенная таким образом ниспослала Марине успокоение. Согласитесь, несчастная женщина заслужила мир и покой после десяти лет терзаний.

Кто не согласится! Талант Александрины убеждать впечатлял. Она не перла напролом: лбом стены не прошибешь. Нет, Калугина искала обходные пути, действовала исподволь и говорила вещи, которые ее собеседник безоговорочно поддерживал.

— Отдаю вам должное. Некоторые бы сторонились Инны, увидев, что она… «особенная».

Калугина разгорячилась:

— Испытания повредили ментальную сферу бедной девочки, и мы скорбели из-за этого. Но разве разум столь важен? Первичен дух, и только духовная чистота имеет значение. Инночка хранила чистоту души, и мы радовались за девочку. Отчасти даже хорошо, что голова Инночки служила пустым сосудом для нашего учения.