Кричащая Башня знает - Любовь Минеева Страница 172

— Хорошего дня, – говорю я. – Спасибо за кофе.

— Удачи.

Но сегодня уйти из кафе так просто не получается. Стоит мне повернуться и направиться к выходу, как дверь открывается, запуская Суханкина. Я не видела его с той встречи в продуктовом, еще до Нового года.

Он смотрит на меня так удивленно, что я сразу отметаю мысль, уж не следил ли он за мной.

— Привет, – бормочет он, стягивает шапку и озирается.

Я лихорадочно придумываю ответ на вопрос, что я тут делаю. Суханкин непременно его задаст.

— Значит, это правда… – говорит он, подходя ближе. Выставляю перед собой стаканчик с кофе, будто щит. – Что это за место? Что ты тут делаешь?

— Да так, с однокурсницами обсуждали кое-какие вопросы по экзамену. Они только ушли, а я вот кофе захотела, – стараюсь отвечать как можно непринужденнее. – А ты что?

Он подходит еще ближе и внимательно смотрит на меня, прежде чем ответить:

— Иду по Аринкиным следам.

— Что?

— Она часто здесь бывала? Кто такая Ключница?

То, что такой примитивно мыслящий тип, как Суханкин, в курсе прозвища таинственной барменши, кажется мне кощунством.

— Вообще не понимаю, о чем ты. Я сама тут впервые. С чего ты взял, что Аринка тут была?

— Ну я же веду расследование, – важно отвечает он. Мы все еще стоим посреди зала, в проходе между столиков.

— Ведешь расследование? Как именно?

Он кривит губы и вздыхает:

— Ну, пока в основном методом тотальных расспросов.

Я же слышу – «настырного приставания к людям».

— Запостил у себя на странице в интернете объяву, мол, кто знает хоть какую-то информацию об Арине Авзаловой и обстоятельствах ее смерти – пишите, готов даже оплатить. Мою объяву разместил паблик «Подслушано в Арслане» – там почти десять тысяч подписчиков! Ну вот, кое-кто откликнулся…

Мне хотелось вцепиться в рыжие вихры и хорошенько оттаскать, швыряя его щуплую тушку по стенам и полу. Так, чтоб эту наглую рожу залило густой красной кровью.

— Тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело? – Я невольно повышаю голос. Я нервничаю, мне хочется, чтоб эта прилипчивая навозная муха сдохла. Попросить, что ли, Радмира его припугнуть? Или Макса? Или Ваньку? Или всех троих?

— Не кажется! – с вызовом отвечает он. – А чье это, по-твоему, дело? Ты же не хочешь ничего рассказывать.

— Еще чего!

Мы вот-вот поругаемся, а мне этого не хочется. Мне хочется узнать, что он выяснил.

— Это дурацкий метод, – говорю я запальчиво. – Наверняка добрые жители нашего города накидали тебе всякой грязи про Аринку. Что, приятно было читать?

Он никнет, опускает взгляд и отвечает примирительно:

— Нет. Не приятно. Ты же знаешь, как я отношусь к Аришке. Ты права, много всякого дерьма я о ней начитался, но я взял себя в руки, отсеял всякую чушь вроде того, что она устраивала сатанинские оргии. – Дима горько усмехается, а я думаю: ну, как посмотреть, конечно.

— Короче, два сообщения показались мне похожими на правду. Одна девочка написала, мол, сходи в кафе Саммертайм и спроси у Ключницы. Ты не знаешь, кого тут так называют? Прозвище какой-то официантки, что ли, или хозяйки?

Я пропускаю вопрос мимо ушей.

— А второе?

— Второе? Их было несколько, этих сообщений. Общий вывод один. Что она спала с одним из ваших преподов, с Мазитовым.

— Это неправда! – возмущенно кричу я.

— Возможно. Но какая-то связь между ними точно была. Хочу вот и его навестить.