Умереть красиво - Питер Джеймс Страница 19

Справедливости ради, кое в чем родители ошибались. Бог не имел к этому ни малейшего отношения, однако Синоптик давно оставил попытки переубедить предков. Овчинка выделки не стоит.

Он миновал павильон с игровыми автоматами, у Часовой башни повернул налево, на Уэст-стрит, и, взяв курс на море, прошел книжный магазин, китайский ресторанчик, турагентство. Пара минут, и он очутился перед роскошным фасадом «Гранд-отеля», возведенного еще в эпоху Регентства. Толкнув вращающуюся дверь, он пересек вестибюль и двинулся прямиком к стойке администратора.

Смерив гостя настороженным взглядом, девушка в темном костюме, чей лацкан был украшен золотистым бейджиком с выгравированным именем Арлин, заученно улыбнулась:

— Чем могу помочь?

Уставившись на деревянную конторку и избегая смотреть девушке в глаза, Синоптик сосредоточенно разглядывал пластиковый лоток, набитый бланками заявок на получение кредитной карты «Американ экспресс».

— Чем могу помочь? – повторила девушка.

— Мм… ну… в общем. – Синоптик упорно таращился на бланки и с каждой секундой раздражался все сильнее. – Скажите, в каком номере остановился мистер Смит?

— Мистер Джонас Смит? – уточнила девушка, сверившись со списком постояльцев в компьютере.

— Мм… да.

— Он вас ждет?

«Ждет, блин, не дождется».

— Мм… да.

— Сейчас позвоню ему. Как вас представить, сэр?

— Мм… Джон Фрост.

— Одну минуту, мистер Фрост.

Девушка набрала номер и заговорила в трубку:

— К вам мистер Джон Фрост. Ему подниматься? – Короткая пауза. – Хорошо, спасибо.

Повесив трубку, администратор снова посмотрела на Синоптика:

— Номер семьсот четыре, седьмой этаж.

Не поднимая взгляд от бланков, он закусил губу и кивнул:

— Мм… ну… в общем.

Поднявшись на лифте на седьмой этаж, он прошагал по коридору и постучался.

Дверь ему открыл албанец, чье настоящее имя было Мик Лювич, однако Синоптику полагалось называть его Мик Браун – это составляло часть идиотской, по его мнению, игры, в которой все участвовали под вымышленными именами.

Албанец, мускулистый мужчина за тридцать, с надменным выражением на узком, суровом лице и светлыми, поставленными гелем волосами, был одет в черную, с золотистым отливом майку, синие слаксы и белые мокасины; на шее поблескивала массивная золотая цепь. Накачанные руки и плечи покрывали татуировки. Албанец жевал резинку острыми мелкими зубами – Синоптику сразу вспомнились пираньи в местном океанариуме.

— Мм… привет, – поздоровался Синоптик, рассматривая бледно-зеленый палас. – У меня встреча с мистером Смитом.

Не переставая жевать, албанец, зарабатывавший на жизнь боями без правил, пока не подвернулась нынешняя синекура, молча разглядывал гостя, после чего жестом пригласил того пройти в номер (насквозь пропахший сигарным дымом номер, обставленный имитацией плюшевой мебели эпохи Регентства) и быстро захлопнул дверь. Равнодушно кивнув вглубь апартаментов, Мик Браун отвернулся, пересек комнату и снова устроился перед телевизором с футбольной трансляцией.

Синоптик неоднократно виделся с албанцем, но никогда не слышал, чтобы тот разговаривал. Хотя ни тупым, ни глухим, скорее всего, не был. Двинувшись в указанном направлении, Синоптик очутился в просторном зале, в центре которого на диване, спиной к французским окнам, откуда открывался вид на море, восседал невероятно тучный мистер Смит. Прильнув к четырем компьютерным мониторам на кофейном столике, он увлеченно, словно куриную кость, грыз ноготь.