Маневр пустого города - Юнь Хуянь Страница 195

— Хватит нам зубы заговаривать! Завтра Новый год, а коли в начале года беда – весь год удачи не жди, не хочу я, чтоб мой сын Новый год в реанимации встречал! Вы тут за работу свою деньги берете? Если берете – значит, услуги оказываете; а мы деньги тратим? Если тратим, значит, мы потребители! А если потребитель недоволен, вы должны сделать так, чтобы он стал доволен – так что нечего болтать попусту, замените мне место по-быстрому, мне нужно место в этой палате!

Ли Дэян рассердился так, что аж под ложечкой заболело, но родитель этот был здоровенный, ростом не меньше метра восьмидесяти пяти, – такого и каменная глыба не остановит, деваться некуда, пришлось отвечать максимально мягко:

— В этой палате действительно нет свободных мест. На холодное время года всегда приходится пик детской заболеваемости, но, чтобы разместить детей с отравлением, мы уже попросили многих пациентов поехать домой. Вы сами посмотрите, есть ли в этой палате место, которое можно освободить, – если найдете, то я сразу же переведу на него вашего ребенка.

— Вон там есть! – тут же выдал толстяк и ткнул пальцем.

Посмотрев в указанном направлении, Ли Дэян увидел ширму, отгораживающую «голубую комнату».

— Я в новостях по телевизору слышал, что вы тут этим занимаетесь, мне неважно, правда вы такие гуманисты или только прикидываетесь добрыми, все равно, давай начистоту: когда дело касается лечения, то тут у кого денег больше, тот и главный, до людей из нового района нам далеко, но мы, по крайней мере, сильнее этих бедняков, нас вытесняют из нового района, а мы вытесним их отсюда – скажи им, пусть сейчас же выметаются!

Ли Дэян подумал: сейчас можно только поменять местами пациентов из «голубой комнаты» и детей, находящихся в палате реанимации, все равно в «голубой комнате» сейчас лежат в основном те, кто смертельно болен и им глубоко безразличны все эти суеверия, связанные с везением и невезением; более того, само то, что они здесь находятся, – это милость больницы, если кто-то из их родителей посмеет возразить или начнет шуметь и возмущаться, можно положить этому конец одной фразой: «Будете скандалить – вас сразу выставят отсюда», – посмотрим, осмелится ли кто-то хоть пискнуть!

С такими мыслями Ли Дэян зашел за ширму, намереваясь организовать перемещение больных, но вдруг увидел, что одна из кроватей пуста, под кроватью и в тумбочке тоже ничего не было, все чисто убрано и вымыто – даже не верилось, что недавно тут громоздились горы вещей. В легком недоумении он спросил Цай Вэньсинь:

— А где пациент с этой кровати?

— Он нас покинул.

— Покинул? – Ли Дэян нахмурился: на этой кровати всегда лежал Старожил – тот мальчик, страдавший нейробластомой, у которого от опухолевых метастазов вся голова была покрыта наростами… Совсем недавно его мама, делая селфи, испугала девочку на соседней кровати, и он сам тогда ее сурово отчитал.

— Они же так давно в «голубой комнате», неужели она не выдержала моих слов, забрала ребенка и ушла? – спросил Ли Дэян.

Цай Вэньсинь окинула его взглядом и тихо произнесла:

— Нет… ребенок умер, его мама оставила тело больнице, оформила все необходимые бумаги и уехала в родную деревню.

Ли Дэян вздрогнул:

— Не может быть… Его мама буквально только что с ним фотографировалась, так ведь?