Дом стыда - Лин Йоварт Страница 2

— Прекрасно. Согласно «Справочнику домашних ядов Фоулера», галлюцинации и боль закончатся через… – Они оба поворачивают головы к часам на стене – тик-так, тик-так, все громче и быстрее, все громче и быстрее, стрелки то приближаются, то отдаляются. – Примерно через полчаса. Закончится и ваша жизнь. Если, конечно, вы не проглотите вот это. – Рука в перчатке помахивает бутылочкой вне досягаемости. – Так что не пытайтесь хитрить, хорошо?

Боль и страх становятся такими нестерпимыми, что теперь уж над ним любой сжалился бы. Любой, кому неведомо, что он совершил.

— Хорошо, хорошо, я ничего не буду делать… Просто поторопитесь…

Ответ проникает в мозг вяло и мучительно медленно. Желто-зеленый воск в ушах плавится, накатывает и отступает волнами, слова застревают в этой трясине, их приходится выковыривать, как муравьев из банки с медом.

Неточные подробности, пусть мелкие, все еще нервируют его, искажают представление о его блестящих способностях. Да никто и не станет читать этот бред. Все до смешного просто: как только он проглотит антидот, он немедленно уничтожит документ и убьет несостоявшегося убийцу. Поправка: сначала убьет убийцу, а потом уничтожит документ.

Откладывая авторучку и поднимая голову, чтобы произнести: «Я выполнил уговор, теперь очередь за вами», он уже планирует реванш. Но при этом пыхтит от страха и облегчения – руки в перчатках приближаются, протягивая бесценную коричневую бутылочку.

Он хватает ее и поспешно отвинчивает крышку, однако подносит ко рту медленно, чтобы не расплескать ни капли спасительной жидкости. Запрокинув голову, выливает в горло все содержимое и облизывает край. Густая маслянистая жидкость охлаждает глотку, проникает в вены – тяжелая и быстрая, словно ртуть.

Отпустило. Ура, отпустило!

Странно – средство имеет и запах, и вкус мяты…

Поняв, что произошло, он приходит в ужас.

— Ох, прошу прощения… Вы подумали, что это противоядие? Ошибочка вышла, как сказали бы вы.

Чужой голос то отдаляется, то приближается, словно эхо. Бьет то в один висок, то в другой.

— Но ужин действительно был отравлен, можете не сомневаться. Средством для чистки духовок с добавкой некоторого количества средства для чистки унитазов. Разумеется, согласно «Справочнику Фоулера», вы оклемались бы через час с небольшим, сильно проблевавшись. А вот бутылочка, которую вы только что осушили… Смертельная доза масла мяты болотной, причем вы выпили ее добровольно и даже с жадностью. Так что в любую секунду сейчас начнется настоящая агония, и боюсь, – послышался вздох, – что единственный антидот от этого яда – смерть.

В рассыпающейся мозаике последних слов звучит неприкрытый ужас:

— Что я… вам… сделал?

Часть I. Первое убийство

Джейн

1961 год

Миссис Алисия Уайтхолл была одной из тех женщин, которые не потерпели бы на свадьбе дочери ничего шумного и вульгарного. Если не считать таковым мистера Уайтхолла, самого богатого человека региона, сколотившего состояние на выгодной торговле пестицидами. Поэтому гостям приходилось громко смеяться над шутками в до одурения длинной речи отца невесты. Каждая вторая фраза заканчивалась намеками на события, которым предстояло произойти в супружеской постели Гейл[2] и Джеффа.

А я, бог мой, стояла там, как наивная дурочка, мне было всего четырнадцать лет, и до меня не доходил смысл ни одной из его шуток. Однако в тот вечер я узнала мистера Уайтхолла совсем с другой стороны.