Западная суть, Восточное начало - Алина Устинова Страница 242

— Это речь. Поправь, если хочешь. Мне кажется, слишком трагично, – Анастасия положила на её стол лист А4. Немного, но больше и не требовалось. Станислава кивнула и начала читать.

— Жаль, я так и не успела спросить, почему он всё же спустя столько лет решил уйти в отставку, – сказала Станислава и вздохнула. – Может, узнала бы что-то для себя полезное.

Она иногда задумывалась о смерти на посту. Как тогда бы выглядел процесс смены власти большой и неповоротливой машины. Как раньше в монархиях или по-другому? Что бы делал премьер-министр, которому официально передаются бразды правления, и справился бы он с этим? Когда бы были выборы? Кто бы в них участвовал. Гипотетически это, конечно, было интересно, но в реальности она бы не хотела оказаться в такой ситуации.

Звенящая тишина в ответ на её замечание заставила её поднять глаза. Олег Илларионов, сидящий напротив неё, молчал громче всех. В его глазах можно было прочесть почти всё. И это заставило её задать ещё один вопрос:

— Повторишь, от чего он умер, Олег?

Тот прочистил горло.

— Я же сказал: остановка сердца. Он долго болел.

— Болел чем? – но Олег не отвечал. – Почему он ушёл в отставку, Олег?

Илларионов сардонически усмехнулся, но продолжал молчать. Станиславе уже не нужен был его ответ. Она всё поняла.

В безмолвности президент начала соединять все ниточки, все маленькие детали, приведшие её к этому креслу. Георгий Чернов знал, что скоро умрёт, теперь она в этом не сомневалась. Даже неважно, что конкретно у него была за болезнь, но явно на терминальной стадии, поэтому после отставки он так редко появлялся на публике.

Список кандидатов, Олег, голосование… Чернов искал преемника так быстро, что в первом туре было двенадцать кандидатов, и она – единственная женщина. Сложно было поверить в её победу, почти так же невозможно, как в его отставку, но разве судьба бывает не права?

В последний раз она приходила к нему перед выборами, чтобы сложить полномочия губернатора, и да. Получается, тогда. Тогда он сделал свою ставку на неё. Чернов ещё так странно смотрел. И улыбался. Они обменялись любезностями, протокольными фразами, а в конце он задал ей всего один вопрос: «Может ли народ быть грешен?» На что она ответила, что это всегда зависит от государя. Георгий ничего ей не ответил, и она ушла. А через несколько месяцев приносила клятву президента Российской Федерации.

Значит, все вмешательства, непрошеные советы, телефонные звонки и злополучная слежка от Олега были не попыткой удержать власть, а желанием научить? Значит, Мафазиму он воспринимал как её «экзамен», поэтому предупреждал, спрашивал и передавал послания. Георгий Чернов планомерно готовил Станиславу Филин к своему уходу. Странно, что она поняла это только сейчас.

Когда её избрали, они снова разговаривали по телефону, именно тогда он подарил ей щенка хаски. И между ними состоялся достаточно странный разговор:

— Надеюсь, вы теперь не думаете, что это пик вашей карьеры? – спросил он. – Всё ещё есть куда расти.

— Я прекрасно всё понимаю и не считаю, что что-то закончилось.

— Но помните, что первый год – это всегда передача дел. Вам никто не обещает быстрое восхождение звезды. Или великих решений, которые изменят страну.

— Я не ищу славы, – спокойно ответила Станислава.