Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник - Джек Олсен Страница 244

Джей попытался объяснить, но сбился. Он не ожидал, что ему придется защищаться по телефону. Главную причину – что он считал Фреда виновным – он произнести не мог, не желая еще больше расстраивать обезумевшую женщину. Если у нее была иррациональная потребность верить в невиновность сына, он готов был это оставить.

— Миссис Коу… если вы хотите знать, почему я не дал показаний, спросите Фреда.

Он вспомнил историю с дилдо и задался вопросом, что Коу рассказал об этом своим родителям.

— Он знает, почему я не мог дать показаний.

— Нет, не знает!

Джей был удивлен. Они с Фредом подробно это обсуждали. Неужели тот впервые от него отвернулся? Солгал? Это казалось несправедливым. Осужденным был Фред, а не он.

— Да ну?

— Именно так, – резко ответила она. – Мы оба тебе противны! Ты перебежчик! Лицемер! Какой ты христианин? Я всем о тебе расскажу, Джей Уильямс!

Щелчок. Линия оборвалась.

Он тут же набрал номер и разразился собственной тирадой.

— Раз уж вы начали, миссис Коу, – сказал он, едва услышав ее голос, – позвольте мне кое-что вам сказать. Я знаю вашего сына лучше, чем вы когда-либо узнаете. И он виновен. Настолько виновен, что это печально! Вы с мистером Коу, возможно, единственные люди в городе, которые этого не понимают. И не хотите понимать! Вам давно должно было быть ясно, что с Фредом что-то не так. Разве вы не видели, как безумно он себя вел? За полгода до ареста я думал, что у него вот-вот случится нервный срыв.

Ответа не было.

— Меня поражает другое, – продолжил он. – Ваша полная бесчувственность. Женщины, с которыми он это делал, жертвы – вам до них нет дела. Вас волнует только ваш сын. Помните, как вы говорили, что одна из свидетельниц слишком сумасшедшая, чтобы быть убедительной? Она…

— Она такая! – перебил его ее сердитый голос. – Она сумасшедшая!

— Помните женщину, которая, как вы сказали, «слишком некрасива, чтобы Фред ее изнасиловал?» – продолжил Джей. – Это помните?

— Она уродлива. Такую женщину он никогда бы не изнасиловал!

— Миссис Коу…

— Ты такой наивный, Джей! Ты ничего не знаешь об изнасиловании. Это не больно! Эти женщины все преувеличивают!

Он замер.

— Это есть в твоей Библии! – выкрикнула она.

— В моей Библии?

— Женщина должна терпеть грубое обращение! В Библии сказано, что роль женщины – подвергаться жестокому обращению со стороны мужчин. Такова ее доля! А эти женщины все раздувают, делают из мухи слона!

— Изнасилование – это не пустяк, – настаивал он.

Ее голос снова сорвался на визг.

— Ах ты, лицемер! Знают ли твои друзья, какой ты лицемер? Может, мне стоит им рассказать?

Джей почувствовал, как жена коснулась его руки.

— Миссис Коу, – четко произнес он, – если я хоть раз услышу, что вы говорите обо мне, моей семье или моей религии, я завтра же вынесу это на первые полосы газет.

Он повесил трубку.

— Ты ее не боишься? – тихо спросила Сью.

— Я просто надеюсь, что мне не придется от нее отбиваться.

— Я боюсь за детей…

Он хотел ответить уверенно, но сам не был уверен. Он вспомнил ее вспышки, ее тирады, вспомнил, как она громила машины Фреда.

— Она не придет, – сказал он наконец.

Но они оба еще долго не могли успокоиться.

112

В течение недель после суда Джини Перхэм думала, не лучше ли ей просто провалиться сквозь землю. Это было не суицидальное желание, а ощущение, что ее существование ничего не значит – даже для нее самой. За пять месяцев до суда у нее было что-то важное, что-то, что придавало смысл ее разрушенной жизни. Но после осуждения и приговора она окончательно пала духом.