Обещание на крови - Лиз Мистри Страница 25

Джеймесон отвалил, а Вулли ухмыльнулся Джеззи и вернулся на свой пост за оградительной лентой.

— Он еще та задница. – Укутанная журналистка протянула Джеззи руку. – Джинни Белл. И я имела в виду Джеймесона, а не того дородного сержанта.

Джеззи проигнорировала протянутую ладонь.

— Отвечу вам то же, что и Джеймесону. Без комментариев. Скоро состоится пресс-брифинг, так что вам придется подождать.

— О боже, нет. Я не собираюсь тратить время, вытягивая из вас информацию. Еще слишком рано делать выводы. Я просто увидела, что Ушлепок Фил к вам пристает, и решила оказать моральную поддержку, вот и все. Женская солидарность и все такое.

Неопределенно пожав плечами, Джеззи пошла к машине. Журналюги бесили ее и в лучшие времена, но теперь, когда ей пришлось столкнуться аж с двумя из них за пару минут, она была на пределе. Рывком распахнув дверь с водительской стороны, она села внутрь. Куини вопросительно посмотрела на нее, и Джеззи закатила глаза.

— Паршивые навязчивые паразиты. Не спрашивай.

Но прежде, чем она успела захлопнуть дверь, до нее донесся высокий голос Джинни: «Увидимся, детектив-констебль Соланки», и в зеркале заднего вида она увидела Джеймесона с перекошенным от гнева лицом, который, сжав кулаки, с ненавистью смотрел на нее.

Глава 9

Какое клише – возвращаться на место преступления. Социопаты вроде меня делали это бесчисленное количество раз. Но я возвращаюсь не за оргазмом. Нет, не так грубо. Просто хочу убедиться, что все идет по моему плану. Конечно, идет, иначе и быть не может. С чего бы? Мои задумки всегда реализуются с точностью швейцарских часов. С самого детства я умею манипулировать происходящим, дабы все случилось так, как я того хочу. Общество назвало бы это проклятием, дор́огой к погибели. Да, такую способность нужно уметь обуздать, но все же они неправы. Это благодать, свыше ли или нет, не знаю, но это тем не менее дар.

Когда-то давно, когда мне было меньше лет и у меня было меньше опыта, чтобы как следует прятать свое истинное «я», один терапевт – жирный старик с брюшком, зловонным дыханием и вставной челюстью, что клацала при каждом слове, – почти меня раскусил. Некоторое время он ходил вокруг да около моего диагноза. И мне казалось, что мы с ним исполняем смертельный танец. Наши встречи были для меня праздником.

Он спросил меня про подвеску. Предположил, что она меня успокаивает, и в тот день моим ответом стала улыбка. Ведь в то время она нужна была мне не для успокоения. Нет, она служила напоминанием. Напоминанием о предательстве.

Конечно, спустя столько лет ее значение изменилось. Она все еще напоминает мне о прошлом и о моих целях, но ее тяжесть и правда начала меня утешать, бог его знает почему, ведь за последние годы в моей жизни было слишком мало утешения. Я пританцовываю, чтобы разогнать кровь, радуясь, что на мне перчатки и теплое пальто. Жутко холодно, и даже суета, которую подняла в доме Джеззи Соланки, не способна меня согреть. Она и ее тупая напарница заходят внутрь, и по моему лицу расплывается широкая ухмылка. Слава богу, мой рот прикрыт шарфом. Не стоит нарушать равновесие. Никто не любит неожиданных, неуместных реакций. Но что я могу делать беспрепятственно, так это воображать, как сижу мухой на стене и наблюдаю за работой Соланки.