Признание в убийстве - Лия Миддлтон Страница 31

— Мими?

Лай доносится от деревьев, мелькание ее розовой шлейки становится видимым сквозь заросли.

Эмилия снова оборачивается, трясет головой. Она одна.

Но… это не так.

Она щурится, всматриваясь в даль. Кто-то идет навстречу. Он наклонил голову, капюшон опущен на лицо.

Внезапно человек оступается, и Эмилия вскрикивает, когда капюшон падает. Это женщина. Ее губа разбита. Рот растянут в немом плаче. Руки связаны перед ней.

Изабелла?

— Изабелла! – кричит Эмилия, мчась навстречу. Мими бежит следом, адреналин и страх смешались в ней в один будоражащий коктейль.

Она добегает до нее, и Изабелла беспорядочно размахивает руками, спотыкается и теряет равновесие. Эмилия ловит ее за плечи, упираясь ногами в ледяную землю.

— Не трогай меня, – кричит Изабелла. – Отпусти меня! Не трогай!

Эмилия отпускает ее, держа руки перед ней.

Они обе замирают, Изабелла тяжело, рывками дышит, ее рот скривился в безмолвном плаче. Грудь вздымается, руки сцеплены вместе, между пальцев застряли замороженные листья. Ее всхлипы сиплые и полны отчаяния. Но в них есть что-то еще, помимо ужаса.

Облегчение.

Она найдена. Она жива.

Эмилия пододвигается ближе, но Изабелла отклоняется. Эмилия снова берет ее за руки.

— Я не трону тебя, обещаю, – говорит она тихим голосом. – Но мне нужно достать телефон из кармана. Мы должны вызвать скорую и полицию…

Плач Изабеллы усиливается, превращаясь в поток слов, неразличимых и смутных. Но одно из них Эмилии удается распознать. Она повторяет имя.

— Грег! Грег!

Эмилия пытается посмотреть ей в глаза, но они плотно закрыты, Изабелла жмурится.

— Грегори Вейс? – переспрашивает она.

Глаза Изабеллы распахиваются, белки залиты кровью. Похоже, что она рыдала так сильно, что сосуды полопались. Или, может, это они сделали с ней. Как и с губой, окровавленной и опухшей. Она кивает.

— Его тело здесь, – шепчет она. – Нужно идти к нему!

Дыхание Эмилии застревает где-то посередине горла.

— Здесь?

Изабелла кивает через плечо. Она поднимает обе руки вместе, показывает туда, откуда пришла, где тропинка через лес поднимается на холм и исчезает.

— Он там?

Изабелла нервно дергает головой, захлебываясь воздухом, – кажется, она не может вдохнуть.

— Ладно… Я пойду и позову полицию, хорошо?

Она кивает еще раз.

Эмилия встает, но Изабелла тут же начинает плакать, ее глаза огромные и испуганные.

— Нет, стой, не бросай меня!

Эмилия снова садится, мягко встречаясь взглядом с Изабеллой.

— Тебе будет спокойнее пойти со мной или остаться здесь?

Изабелла моргает, ее рот кривится.

— Как тебя зовут? Кто ты?

— Меня зовут Эмилия. Эмилия Хайнес. Я бывший офицер полиции. Я тебе помогу. Хорошо?

Она кивает, все быстрее и быстрее, ее слезы стекают ручейками по бледным щекам.

— Пойдешь со мной?

Она продолжает кивать и вытягивает руки к Эмилии. Взгляд Изабеллы указывает на связанные запястья.

— О боже… Я хочу их развязать, но сначала нужно, чтобы полиция это увидела. Я бы не хотела трогать веревки. Понимаешь?

— Да, – хнычет она.

— Ты уже в безопасности… Помочь тебе встать?

— Да.

Эмилия обхватывает руками плечи Изабеллы и медленно поднимает ее на ноги. Она оглядывает лес, ища Мими, а затем замечает, что та все еще рядом с ними: хвост повис, глаза широко раскрыты.

Они вместе пытаются двигаться в направлении, которое указала Изабелла. Делают шаг за шагом, Изабелла тяжело дышит. Ее бьет дрожь, зубы стучат, губы такие бледные, что выглядят синими на фоне ее смуглой кожи.