Смертельный след - Андреас Грубер Страница 33

– Ты больше не разговариваешь со мной?

— Что? Конечно, разговариваю.

Леа отодвинула деревянную доску, которую, вероятно, прислонил к стене строитель и которую опрокинул ветер, вошла в дом, сняла в прихожей туфли на высоких каблуках, положила ключи и сумку на полочку и направилась в гостиную.

— Дорогой? – позвала она, но ответа не получила.

– О, неужели он нас бросил?

— Размечталась, – прошептала Леа.

Камилла недолюбливала Гернота с самого начала и не жалела едких замечаний в его адрес. Леа давно уже их игнорировала и пресекала любые разговоры о своем парне. В конце концов, они были вместе уже четыре года и, как считала Леа, состояли в полноценных отношениях.

Наконец она услышала, как над ней хлопнула дверца шкафа.

– Он наверху, наверное, лихорадочно прячет свою коллекцию порножурналов.

— Дорогой? – позвала Леа и пошла по лестнице.

– Или у него любовница, которая прячется в шка…

— Тихо! – Леа поднялась на верхний этаж и распахнула дверь спальни.

Гернот Вульф склонился над кроватью, держа в руках стопку толстовок. Перед ним лежал его большой чемодан, открытый и почти полностью собранный.

– Он съезжает… о, какая жалость!

— Ты уезжаешь? – спросила она.

Гернот запихнул толстовки в чемодан и выпрямился.

— Мне позвонили из Германии. – Он покрутил коричневый кожаный ремешок на запястье, а затем заправил свои темные волосы до плеч за ухо. Ну, уже не совсем темные. Хотя седеющие виски, которые появились у него в прошлом году после тридцатипятилетия, в глазах Леа делали его только интереснее. К тому же разница в возрасте между ними – он был значительно моложе – теперь не так заметна. С его угловатым лицом, узкими очками в стальной оправе и седой трехдневной бородкой он напоминал стильного преподавателя университета, который, судя по телосложению, много занимается спортом.

— Из Германии? – переспросила Леа. – По работе?

— Если бы, – фыркнул он.

Гернот был гениальным программистом и IT-специалистом, но его собственная компания оказалась крайне неуспешной. Вместо программирования он теперь лишь продавал компьютеры и принтеры через свой интернет-магазин, если только Леа не находила ему новых клиентов через свою консалтинговую службу.

— Нет, это был дом престарелых в Бад-Вильдбаде, – объяснил Гернот.

— О боже… его матери снова плохо? – вмешалась Камилла.

— У моей матери сегодня утром случился третий инсульт, – добавил он.

— Мне очень жаль, дорогой. – Леа обошла кровать и обняла его. Она почувствовала, как его мышцы на мгновение напряглись под футболкой.

— Все в порядке, – сказал он, отстраняя ее. – Мне нужно поторопиться, чтобы успеть вовремя.

Дом престарелых располагался в Северном Шварцвальде, в одном из самых фешенебельных курортных городков на юго-западе Германии. Гернот почти каждые вторые выходные ездил между Куфштайном и Бад-Вильдбадом, что – поскольку городок находился далеко за Штутгартом и практически на французской границе – занимало около пяти часов в одну сторону из-за многочисленных дорожных работ. Утомительно, но так как Гернот и его мать родились в тех краях, старушка ни за что не хотела переезжать, и Леа прекрасно это понимала.

Она посмотрела на большой, набитый доверху чемодан.

— Как долго тебя не будет?

— И правда, как же долго меня не будет? – вдруг раздраженно ответил он, указывая на полный чемодан.