Не верь глазам своим - Лариса Соболева Страница 34

— До свидания, маменька.

Фыркнув, Злата отправилась к своей машине и лихо, с визгом колес, из-под которых вылетали снежные комья, выехала с парковки. Проводив ее снисходительной улыбкой, Карелин обратился к Сергею:

— Она правда дура или прикалывается?

— Не-а. Главное ее достоинство – изумительная дура с претензией на значимость, светскость, оригинальность. Это существо безмозглое, но имеющее свое мнение по всякому тупому поводу, которое высказывает не к месту. Каким-то непонятным образом, при всей искусственности и глупости, а отца она сразила.

Карелин одобрительно закивал головой:

— Ну, знаешь ли, такой скачок в карьере среди жен не каждой удается, следовательно, полторы извилины все же имеются под волосами.

— Дура, дура, – заверил Сергей. – В кубе. Приспособляемость не есть ум, это инстинкт выживания, а остальное… к человеку разумному отношения не имеет. Ни такта, ни чувства меры, ни ума, а манеры… Но отец от всех этих качеств тащится. Не хотел бы я очутиться на месте отца в его возрасте, с ней он выглядит не умнее своей нынешней жены.

— Говорят же, седина в бороду, бес в ребро. Пока, Серега.

— Угу, до завтра.

Разошлись по своим автомобилям, Георг умчался, а Сергей не тронулся с места, не хотелось ему ехать домой.

* * *

Утро. Роман вез двух соседок в дом, в котором обе провели долгие годы, а пару дней назад до этого Вероника заявила за ужином:

— Я знаю, с чего начну. Хочу найти женщину, которая меня родила.

— Это невозможно! – воскликнула импульсивная Ангелина Львовна.

— А кто советовал начать с невозможного? – подловила ее Вероника.

— Да, но… почему? Зачем тебе твоя мать?

— Она нужна мне только для одного: чтобы точно знать, одна я родилась или на свете живет моя копия. Только мать знает, сколько родила детей.

Ангелина Львовна озадачилась, поразившись упрямству Вероники, ведь есть документ отказа, с другой стороны, она сама пошла бы этим путем.

— Ну, не знаю, не знаю… – произнесла. – У нее своя жизнь, наверняка есть семья, дети, муж, вдруг являешься ты…

— Докладывать ее семье, откуда я взялась, не буду, – перебила ее Вероника. – Для меня она совершенно чужой человек, я не собираюсь ей мстить, внося в ее жизнь проблемы. Мне нужна уверенность, чтобы определиться с поисками. Если родилась только я, поиски концов будут одни, если же нас двое, то и поиски будут другими, понимаете? Я хочу исключить ошибку, ведь ошибка в поисках – зря потраченное время и нервы, да и деньги, которые нужно где-то взять.

— Ну, раз так, я созвонюсь с приятельницей, она еще там работает, попрошу помощи, – сдалась Ангелина Львовна.

Приятельница согласилась встретиться, удивив Веронику, которая не предполагала, что будет так легко добыть сведения о родной матери. Лишь бы сохранилось доказательство в архиве, всю дорогу только это и волновало обеих.

Обычный особняк прошлого века сталинского стиля, предназначенный для пионеров, детских домов и молодежных центров, окруженный кованой оградой. Внутри сад, огород, площадка для игр и спорта, компактно и умно спроектировано – в этом доме росла Вероника. Но с тех пор, как она ушла отсюда в большую жизнь, все немного обветшало и, показалось, сузилось, уменьшилось, правда, в данную минуту это неважно. У ворот их ждала пожилая женщина, которую Вероника не признала, зато та, увидев ее, выразила восторг: