Последнее убежище - Клеменс Мишальон Страница 35

Вот черт…

Шаги приближались.

Спрятаться негде. Ни под столом, ни за шторой – найдут в мгновение ока.

Черт, черт, черт…

Нельзя ли выскользнуть в окно?

Теоретически можно было бы, но мне не хватило времени. Ручка двери повернулась. Сейчас войдет мать… Меня накажут, отправят в Тайное место, вывихнут и вторую руку…

Дверь медленно открылась, и на пороге появилась фигура.

Не мать.

Мужчина.

Мужчина, образ которого я только что держала в голове, как бабочку под стеклянным стаканом.

Эмиль…

Он вернулся из поездки раньше, чем планировалось.

Эмиль во плоти – белокурые волосы, рубашечка поло, спортивная сумка в руке.

— Что ты, интересно, здесь делаешь?

Думай, Фрида…

— Я искала…

Что я могла искать? Эмиля? Нет, конечно.

Эмиль учил нас наблюдать за миром. Все мы находились в поиске знаний, нравственной чистоты, просветления. Этого он от нас и требовал. Проявлять любопытство, упражнять ум. Заглядывать в суть, искать истину. Искать… Искать…

— Искала ответы.

Эмиль поднял брови и даже слегка вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

— В два часа ночи?

Тогда я поняла, что труднее всего ложь дается в первый раз. Откашлялась, выпрямилась и как можно более уверенно заявила:

— Не могла уснуть – столько накопилось вопросов.

Вроде прозвучало убедительно, хотя говорила я тихо.

— Что же тебя интересует?

Купюры почти беззвучно шуршали в кармане, и я запаниковала: Эмиль вполне мог заглянуть в ящичек и обнаружить пропажу.

— Не могу сказать точно…

Эмиль вопросительно наклонил голову.

Не сдавайся, смотри на него…

Он был не самым высоким из знакомых мне мужчин – например, Габриэль перерастет его на несколько дюймов, – но, без сомнения, самым сильным. В отличие от обитателей коммуны, Эмиль хорошо питался, занимался спортом, путешествовал. Обладал интеллектом, не знающим себе равных в нашем мире. И я – тощая пятнадцатилетняя воровка…

Зато я умела любить.

Умела поклоняться.

То, что нужно Эмилю.

— Вы всегда отвечаете на вопросы, которые я еще не успела себе задать, – брякнула я.

Эмиль бросил сумку на пол и прошел к столу.

— Вот, например…

Увы, в голове у меня было пусто. Слова Эмиля всегда казались значительными, когда он произносил речь, однако стоило попытаться их повторить, и они обращались в призрачный, быстро рассеивающийся дымок.

Я хорошо запомнила одну его проповедь. Ту самую, после которой много лет назад угодила в Тайное место и в моей жизни появился Габриэль.

— Однажды вы сказали: следует безоговорочно принимать истину внутри себя и действовать в соответствии с ней.

Эмиль долго разглядывал меня с непроницаемым видом.

Уже много позже я сообразила, что он быстро забывал свои проповеди. Мешанина бессмысленных слов – произнес и забыл. Но в ту секунду мне показалось: Эмиля потрясла дословная цитата из далекого прошлого.

— Что вы имели в виду? – продолжила я. – Каким образом мы должны принять истину внутри себя?

Эмиль уселся за стол, и я затаила дыхание. Прошла целая вечность, хотя на самом деле, вероятно, не более нескольких секунд, и наконец он указал мне на стул напротив.

— Хороший вопрос.

Неужели…

— Хороший, потому что, видишь ли…

Он заговорил и не умолкал долго. Вещал о жизни, о том, как следует ее прожить. О мире, о том, как именно нужно его исследовать. Слова, слова, тысячи слов.