Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Олег Рой,Сергей Давиденко Страница 37

Зайцеву было известно, что вскоре произошли серьезные изменения в переговорах. Сталину доложили, что 1 сентября Германия начнет военные действия против Польши. В этом случае у Польши, располагавшей примерно тремястами тысячами солдат, против Гитлера с его миллионной и хорошо обученной армией не было никаких шансов. Советский Союз должен был принять какие-то меры, препятствующие вероятной угрозе со стороны обезумевшей Германии.

16 сентября в МИД СССР был приглашен посол Германии в Москве, который получил от Молотова сообщение о том, что Советский Союз готов незамедлительно рассмотреть предложение Германии о заключении пакта о ненападении. Об этом решении доложили лично Гитлеру, и экспертной группой был подготовлен соответствующий проект договора. Риббентроп подписал срочную радиограмму, согласно которой Германия готова заключить пакт о ненападении с Советским Союзом и этот документ не будет подлежать денонсации в течение двадцати пяти лет.

Как опытный разведчик, Николай Зайцев прекрасно понимал, что предложение Германии было многообещающим и взаимовыгодным. Но в нем скрывался дипломатический капкан, в который мог угодить СССР. С другой стороны, это было единственным вариантом на данный момент обеспечить безопасность его родины.

В дальнейшем советским руководством было предложено поэтапное улучшение советско-германских отношений, которые застопорились с 1933 года.

По имеющимся у Зайцева сведениям, впоследствии Гитлер обратился к Сталину, заявив, что пакт о ненападении с Советским Союзом означает для Германии формирование немецкой политики на достаточно долгое время. При этом фюрер напомнил, что Германия обязана оградить интересы рейха всеми средствами, которыми она располагает.

В двадцатых числах августа 1939 года в своем послании Сталину Гитлер подтвердил, что война Германии с Польшей неизбежна. Благодаря сведениям от военной разведки Сталин уже знал это, ему даже были известны сроки нападения на Польшу.

Зайцев принялся ходить взад-вперед, напряженно размышляя.

Пакт о ненападении в конце концов был подписан. И когда Риббентроп уже собирался уходить, Сталин заявил, что правительство СССР относится к этому документу очень серьезно. Дословно «…оно гарантирует словом чести, что Советский Союз не предаст партнера…»

Верил ли Сталин, что Гитлер его не предаст?

Возможно. В чужую голову ведь не залезешь, чтобы прочитать мысли.

Да, важный документ, обязывающий две страны придерживаться нейтралитета в отношениях, был подписан обеими сторонами.

Но все данные, которые лежали сейчас у Бине на рабочем столе, свидетельствовали об обратном.

Гитлер уже захватил Австрию, Судетскую область и оставшуюся часть Чехословакии, а также аннексировал Мемельский край Литвы…

Теперь вот мишенью стала Польша.

Что потом? Будет ли Германия придерживаться положений пакта о ненападении?

«Учитывая агрессивную политику Германии, вопрос риторический», — подумал Зайцев и вернулся за стол.

Как бы то ни было, следует сосредоточиться на насущных вопросах.

И одним из важнейших был следующий — как можно скорее установить контакт с Альтой.

Николай уже успел изучить агентурные дела польской группы Арбина — самой Альты, ХВЦ, супругов ABC и ЛЦЛ и, конечно же, Арийца. Теперь в его задачу входило создать группу, источники которой продолжили бы добывать информацию из немецких правительственных ведомств.