Обещание на крови - Лиз Мистри Страница 40

Пока она всхлипывала, о бедро потерлась маленькая пушистая голова – Винки. Джеззи запустила пальцы в теплый мех, затащила его на колени и крепко обняла. Он был больше, чем просто питомец, – ее лучший друг, ее собеседник. Он был единственным существом, не считая родителей, за которое она позволила себе взять ответственность. Она взяла его в приюте еще котенком и каждый день по возвращении домой с удовольствием выслушивала его настырное мяуканье и рассказывала ему, как все прошло, – в конце концов, кому еще она могла открыться? Джеззи долго наслаждалась мягкостью серой полосатой шерстки, прежде чем отпустить кота. Потерев лицо рукавом куртки, она встала и пошла за мяукающим питомцем в кухню.

Поставив сумку на кухонный стол, она открыла молнию и достала запасной телефон. Какого черта он молчит? Насыпая сухой корм и выкладывая пакетик с кошачьей едой, она бросала взгляд на заднюю дверь. Сначала Винки, потом конверт.

Охранное приложение показывало, что в саду никого нет, но Джеззи все равно словно видела незваного гостя. Содрогнувшись, она натянула перчатки, открыла тяжелую цепочку, огромный засов и пятирычажный врезной замок и отворила дверь. Вглядываясь в мокрую завесу снега, она почувствовала себя дурой. Мне что, девять лет? Я испугалась бабайки? И все же, прищурившись, Джеззи сканировала небольшой садик, особенно по углам, там, где стояли лейки для воды и высился розовый куст. Для пущей надежности. Только убедившись, что опасности нет, она с облегчением склонилась к пластиковому цветочному горшку и достала заткнутый под него конверт.

Винки, воспользовавшись тем, что дверь открыта и ему не придется протискиваться через кошачий лаз, попытался проскользнуть мимо ног хозяйки. И вдруг, без всякой причины, холодок пробежал по спине Джеззи – она подумала о Винки, представила, как он один бродит по саду, и, схватив его, затолкала обратно в дом, несмотря на протестующие мяуканья. Закрыв дверь, она склонилась к лазу и застопорила дверцу.

— Прости, Винкс, никаких прогулок. На некоторое время. – Винки невозмутимо завалился на спину, выставив белый мех, и Джеззи старательно его почесала. – Ненадолго. Пока я не уверюсь, что все в порядке, ладно?

Она села за стол, за которым ела или работала, если брала работу на дом. Она медлила, и это ее раздражало. От стола через кухонное окно открывался вид на сад с одной стороны и, если дверь в кухню была распахнута, на входную дверь с другой. Джеззи ненамеренно поставила так стол, но, когда она несколько раз пыталась его передвинуть, чтобы он занимал меньше пространства, ей становилось некомфортно. Так что стол остался стоять именно так.

Все еще в перчатках, она изучила пластиковый кожух формата А4, в который поместилась открытка формата А5. Она не сомневалась, что на нем нет ни одной зацепки для криминалистов – ни отпечатков пальцев, ни ДНК, ни волос. Он никогда не оставлял улики, так почему сейчас что-то должно измениться? Джеззи нахмурилась. Ее всегда беспокоило, что он так усердно скрывал свою личность, но только теперь – после того, как она побывала на месте убийства Кларков, – ее беспокойство переросло в страх. Раньше, когда она получала открытку, ее единственный собеседник – не считая Винки – требовал от нее начать расследование. Но она медлила. Ведь раньше открытки приходили на ее работу, и она отмахивалась тем, что многие полицейские получают нечто подобное.