Молчание матерей - Кармен Мола Страница 47

Элена видела, что ей не удалось успокоить Сарате.

– Позвоню Ордуньо, – сказал он и вышел. Только теперь Элена сообразила, что стоит посреди кухни голая.

Рентеро вошел в палату. Под глазами Рейес, еще мутными от пережитого страха, залегли глубокие тени; справа в районе талии ей наложили повязку. Медсестра взяла у нее кровь на анализ и измерила температуру. Рядом, прислонившись к стене, стоял Фабиан. Рентеро метнул на него быстрый взгляд и присел к племяннице на постель.

– Как же я испугался, Рейес. Ты как?

– Нормально… Ничего страшного. Пуля прошла по касательной. Мне уже сделали миллион анализов. Проверяют, не задеты ли внутренние органы.

Рентеро обеспокоенно покосился на повязку. Еще несколько сантиметров – и Рейес прострелили бы печень. Он обнял племянницу и шепнул ей на ухо:

– Что случилось?

Рейес вздохнула и взглянула на Фабиана. Тот, казалось, думал о своем.

– Перестрелка с нариками.

– Ты что, пошла на облаву без бронежилета?

Фабиан откашлялся, прежде чем вступить в разговор:

– Нам стукнули, мы поехали на место – посмотреть, что происходит. Вальдеморо, заброшенный завод, мы не знали, чего ждать.

– Насколько я знаю, Вальдеморо не входит в зону ответственности полиции Вильяверде.

– Это правда, но дело в том, что мы уже несколько лет гоняемся за местным наркобароном, колумбийцем по имени Уилсон Кабельо. Можете посмотреть его досье. Не хотелось снова его упустить.

– Вам удалось его взять?

– Нет, к сожалению, нет. Все пошло наперекосяк, завязалась перестрелка. Очень жаль, что так получилось. Рейес еще легко отделалась.

– Я сама виновата, – добавила Рейес тонким голосом. – Была невнимательна.

– Я выпишу ордер на арест этого колумбийца. Он у меня так просто не отделается. – Рентеро встал и уставился на Фабиана. Ему хотелось разбить рожу этому голубоглазому громиле, который явно был пешкой в чьей-то игре.

– Это нам очень поможет, комиссар. Прошу прощения, я должен отчитаться перед коллегами о состоянии Рейес; они очень волнуются.

Когда Фабиан вышел, Рентеро схватил племянницу за руки и заглянул ей в глаза.

– Говори правду. Все было так, как рассказал этот тип?

– Да, честное слово. Облава, перестрелка. Я вела себя неосторожно. Хорошо, что Фабиан вовремя меня вытащил, а то было бы еще хуже.

– Ты вернешься в ОКА.

– Нет, – отрезала Рейес. – Я работаю в полиции. Такое могло случиться где угодно, не только в Вильяверде. Хватит разговаривать со мной, как с ребенком.

Марьяхо положила трубку и пересказала Элене все, что узнала о состоянии здоровья Рейес.

– Пуля ее только поцарапала, ничего страшного. Останется довольно уродливый шрам, вот и все. Ее сегодня выпишут.

– Спасибо, Марьяхо. Съезжу к ней, надо узнать, что там случилось.

– Ее раскрыли, вот что случилось. Ты что, сама не понимаешь? Пора ее оттуда вытаскивать. – Ордуньо с утра был на нервах и без конца шагал туда-сюда по переговорной.

Внезапно раздался звонкий голос Мануэлы:

– Если эти типы из Отдела такие опасные, разве не рискованно резко выдергивать ее из бригады? Они сразу поймут, что она за ними шпионила, и тогда… ну, не знаю… найдут ее, даже если она уйдет из Вильяверде.

– Мы ее защитим.

В голосе Ордуньо не было уверенности. Все понимали, что Мануэла права: разве работа в ОКА делает тебя неуязвимым? Разве Ческа не погибла?