Кровный омут - Наталия Лирон Страница 48

— Я лучше, – он посмотрел прямо мне в глаза.

— Что? – я заморгала, краснея.

— Я лучше Перепелкина. Сонь… Мы с тобой уже несколько дней не видимся, и… такая тоска, что скручивает в узел. – Он говорил с придыханием.

— Сереж…

— Я разведусь. Не мгновенно, конечно, но это возможно. Потеряю кучу денег, но и фиг с ними, еще заработаю.

— Погоди, – мне было странно это слышать, – ты что, серьезно?

— Абсолютно, – он сделал шаг назад, – я лучше Перепелкина. И умнее. И богаче. И… я люблю тебя. И тогда любил, и сейчас. Сонь, мы можем попробовать. Я обещаю сделать все, что могу. И даже то, что не могу, слышишь?

— Сереж… – повторила я.

Он продолжал говорить быстро:

— Дай нам шанс… мы ведь могли бы…

— Нет, – я чуть повысила голос, – я понимаю, что ты хочешь меня убедить, уговорить, но нет. Сережа, правда нет.

— Я лучше, – твердо повторил он, – пожалуйста, подумай, я смогу тебе дать то, чего Федька и в помине…

— Перестань о нем говорить, – мне стало обидно за мужа, – просто прекрати.

— Хорошо.

Мы переставляли ноги на месте, перетаптываясь с пяток на носки и обратно, будто ходили по этому разговору, как по кругу, все не решаясь его закончить.

— Послушай, – наконец сказала я, – я люблю его, своего Перепелкина. Даже если он не может мне дать того, что предлагаешь ты. Мне жаль, – мне действительно было жаль, – что все так случилось и обернулось, что мы оба это допустили. И, слава богу, не зашло дальше…

— Солнечная Соня… – Он улыбнулся через силу, и от этого стало еще очевиднее, еще больнее его поражение. – Я понял.

Ветер трепал его вихры.

Холодно. Мы стояли на обочине пешеходки, не обращая внимания на прохожих, тянущихся к метро. Я почувствовала, как ноги замерзают в сапогах и как обдувает и холодит шею, поправила шарф.

— Прости, Сереж, я…

Он светло улыбнулся:

— Ты мне уже пообещала, что если у тебя что-то изменится или понадобится моя помощь…

— Конечно! – Я тоже попыталась улыбнуться. – Обязательно. У меня есть твой номер. Только, пожалуйста, не ищи больше со мной встреч.

— Хорошо, – сказал он, делая шаг назад и направляясь в другую сторону. – У меня машина там. Пусть у тебя в жизни все сложится.

— И у тебя, – уже вдогонку сказала я.

Он почти спрятался в воротнике пальто и пошел от меня прочь размашистой походкой. Я недолго смотрела на резкие движения, ссутуленную спину и темные кудри, которые ветер трепал на ветру, а потом повернула к метро.

— Мам! Ма-а-ам! – с порога заверещал Кирюха, приплясывая на цыпочках. – А папа мне давал сегодня порулить! Представляешь? Я сам, сам ехал на машине, та-а-ак классно!

— Да ты что?! – все-таки детская радость – что-то невообразимое. – Погоди, дай я хоть разденусь. А где папа? Ах, да… – Я вспомнила, что Федя по средам и пятницам ходил в фитнес.

Я разделась и пошла на кухню – хотелось съесть что-нибудь горячее, ноги так и не отогрелись, да и вообще я прилично замерзла.

На плите стояла кастрюля, я ее открыла, принюхалась – господи, как прекрасно! Зачерпнула половником – рассольник! Пища богов. Все-таки Тонька умеет готовить! И как она все успевает?

На кухню вошла сестра и застала меня, черпавшую суп половником из кастрюли, на месте преступления.

— Сонь! Ну как ребенок, честное слово! – укоризненно сказала она.

— Есть важный разговор, – усилием воли я попыталась вернуть лопатки на место и держаться уверенно.