Загадка королевского гобелена - Адриен Гётц Страница 5

— То есть?

— Я хочу, чтобы за Гобеленом приглядывали. В любом случае выбор у вас невелик, но советую пообщаться с главной хранительницей. Она работает там уже три десятка лет, ее зовут Соланж Фюльжанс, она муниципальный хранитель, отнюдь не глупа, через три года ей на пенсию. Если вы подумываете о руководящей должности, то наверняка станете ее преемницей. Для девушки с головой на плечах возглавить Музей Байё… На вашем месте я бы не раздумывала… Увидите, там есть простор для деятельности. Я могла бы послать вас в Лимож заместителем в Музей Адриена Дюбуше[14], уже шесть лет не удается никого туда найти, а ведь это, как вы знаете, один из наших национальных музеев. Но не думаю, чтобы вы особенно любили фарфор…

— Благодарю за заботу, госпожа директор.

* * *

Назад в свою квартиру-студию. Она нашла объявление в Интернете – хорошие фотографии, – подписала контракт прямо по телефону, улица Метриз, самый центр. Виртуальная картинка быстро обернулась реальностью. В глубине красивого дворика, где царит полная тишина, барельеф девятнадцатого века с изображением странной собачьей головы – Пенелопа оказалась в одном из тех старинных особняков, где впору снимать телесериалы «сделано во Франции» по романам Бальзака, вроде «Турского священника» или «Старой девы». Что и говорить, декорации не хуже древностей Ле-Мана[15], и этим все сказано.

«Ах, сколько вдохновения в провинции…» Пенелопа ногой толкает дверь, вспоминая Сен-Жон Перса[16]. Легкий свет, идеально неровная брусчатка во дворе, поросшая мхом крыша, сквозь шиферные плитки до полудня просачивается приятный солоновато-йодистый запах, из окна вид на шпили собора.

Она распакует свои диски – танго, кантаты Баха, установит стереосистему, построит искусственные декорации счастливого существования. Три года в жизни женщины – не так уж много. Три года назад, еще студенткой, она старалась избежать замужества, вообще не думала о том, что когда-нибудь получит реальную профессию – для искусствоведа нет других возможностей, кроме конкурса на факультет, где готовят хранителей музея, их и берут всего по семь или восемь человек в год. Большинство идет в археологию, в Генеральную инспекцию, в Охрану памятников, все это ей не подходит – она всегда любила только музеи. Конкурс – вещь, конечно, интересная, но тут дело не в выигрыше. А потом мечта, везение, хорошая диссертация, попадаешь в число лучших на вступительных, специализация «музеи», открываются все двери, даже, возможно, отдел египетских древностей Лувра. И вот ты – будущая Кристиана Дерош-Ноблекур[17]. А вместо этого Байё – какой облом! В тот самый момент, когда Пенелопа, уроженка Вильфранш-де-Руэрга, почувствовала, что стала настоящей карикатурой на парижанку-снобку… Ну и что тогда?

* * *

Сюрприз! На площадке возле ее двери груда оберточной бумаги. Пять букетов на второе утро, неплохо для девушки, которая только что внушала себе, что она жуткая уродина, что у нее очки с толстыми стеклами и восемь лишних килограммов живого веса. Она подталкивает ногой эту прекрасную композицию – ни дать ни взять алтарь на празднике Тела Господня, – закрывает дверь и принимается распутывать ленты, чтобы извлечь карточки.

Вся семья с тобой. Успехов на твоей первой работе! Гордимся нашей дочуркой. Мама и папа.