Альта. Одна в сердце рейха против машины смерти - Олег Рой,Сергей Давиденко Страница 5

— Почки снова беспокоят, — призналась Ильзе, усаживаясь на стул. — Но это ерунда.

— Нельзя говорить о здоровье как о ерунде, — возразила мать. — Ты совсем не заботишься о себе, дочка. Так нельзя.

— В августе я была в Карлсбаде, где принимала специальные ванны по рекомендации врача. Мне стало легче… Правда, только на некоторое время.

— Я не помешал? — спросил Курт, заходя в гостиную. Его глаза расширились, когда он увидел заставленный яствами стол. — Когда это вы все успели, мои любимые женщины? А запахи просто изумительные, у меня уже рот наполнился слюной!

— Мы ждем моих приятелей, Гретту и ее мужа Йохана, — сказала Ильзе и посмотрела на старинные напольные часы, стоявшие у окна. — Они должны подойти с минуты на минуту.

— Может, пока по бокалу вина? — предложил Курт, потянувшись к бутылке из темного стекла.

Когда в комнату вошел Карл, все бокалы были наполнены.

— Дорогие дети… — заговорила Фрида, и голос женщины дрогнул от волнения. — Я от всего сердца желаю вам счастья. Я желаю, чтобы вы прожили долгую прекрасную жизнь… Без войны, под мирным ясным небом.

Послышался звон бокалов.

— Отличный тост, мама, — улыбнулась Ильза. Она хотела добавить что-то еще, как послышался резкий стук в дверь.

Ильзе обменялась взглядами с Карлом.

— Если это твои друзья, — осторожно начал он, поднимаясь из-за стола, — то мне показалось…

— Гретта и Йохан не стали бы так стучать, — мягко прервала его Ильзе и тоже встала. — Я открою.

Пока она шла в прихожую, стук раздался снова, на этот раз более громкий и настойчивый — казалось, в этот раз в дверь долбили уже ногами.

— Кто это? — спросила она. Одно короткое слово, прозвучавшее в ответ, заставило ее сердце сжаться в комок:

— Гестапо.

В памяти мелькнуло ночное видение, словно пожелтевшая от времени фотография, — старый жуткий мост, окутанный смрадным дымом.

— Откройте! — рявкнули снаружи, и Ильзе повернула ключ в замке.

Дверь распахнулась, и взору женщины предстали трое рослых мужчин в темно-серой униформе гестапо. За их широкими спинами Ильзе разглядела хозяйку квартиры, ее бледное лицо напоминало бесформенное пятно с дырами вместо глаз. Было видно, что женщина смертельно напугана.

«И наверняка уже проклинает себя за то, что сдала мне свою квартиру», — пронеслось в мозгу Ильзе.

Старший офицер, мужчина лет сорока с грубым обветренным лицом, шагнул вперед, буквально вталкивая невесту внутрь квартиры.

— Ильзе Штебе? — без предисловий спросил он, указав на нее пальцем, как будто кроме Ильзе в прихожей был кто-то еще.

— Да, — ответила она.

— Вы одна в доме? — задал очередной вопрос гестаповец.

— Нет, со мной мой жених и родные.

Грохоча сапогами, полицейские бесцеремонно втолкнули ее обратно в комнату, где сидели гости.

— Всем приготовить документы для проверки, — приказал офицер, встав напротив праздничного стола. Презрительно взглянул на тарелку с устрицами и обронил: — Роскошно живете, фрау Штебе. В то время как наша страна испытывает трудности с продовольственными товарами, экономя на всем, вы закатываете пир!

— И я имею полное право на это, — с достоинством ответила Ильзе. — Тем более для этого есть повод — сегодня у меня помолвка с моим будущим мужем.

— Вы собираетесь замуж? — переспросил гестаповец и ухмыльнулся. — Как мы вовремя подоспели!