Магрибский колдун - Елена Леонова Страница 5

Глава 4. Марокко. Танжер. Неделю спустя. Четверг. 08:40

Молодой высокий мужчина с копной немного вьющихся каштановых волос прищурился от яркого солнца и выбрался из душного самолёта на трап. В одной руке он сжимал потёртую кожаную сумку, набитую книгами и конспектами, а другой тащил небольшой чемодан с вещами.

Спустившись по трапу, он зашёл в здание международного аэропорта Танжера имени Ибн Баттута, прошёл паспортный контроль и вышел на улицу.

У выхода из аэропорта ждали таксисты, наперебой предлагавшие свои услуги. Мужчина выбрал самого молчаливого, с усталым взглядом и стареньким «Мерседесом», и назвал адрес гостиницы, расположенной в сердце Медины.

Пока машина петляла по узким улочкам, Филипп Смирнов, сидя на заднем сиденье такси, жадно впитывал в себя новые впечатления. Яркие краски домов, шумные базары, запахи специй и пряностей — всё это приятно отзывалось в сердце мужчины.

В Марокко Филипп прилетел на открытый научный семинар, посвящённый истории Карфагена, — тема, которая тесно переплеталась с его будущей диссертацией о культурной связи государств Древнего Востока в период с каменного по железный век. Сам Карфаген, конечно, был далеко отсюда, на территории современного Туниса, но Танжер, когда-то являвшийся частью Карфагенского государства Северной Африки и основанный финикийцами, казался идеальным местом для погружения в атмосферу магрибского колорита.

В минувшие месяцы Смирнов всё чаще думал о возвращении в науку. Его тянуло к изучению событий прошлого, причин появления и исчезновения цивилизаций, развитию государств, религии и культуры, выявлению закономерностей процессов и генетической связи общественных явлений, когда-либо произошедших в истории. Окончив институт стран Азии и Африки и получив много лет назад степень кандидата исторических наук, Филипп забросил работу, переключившись на литературу. Он выпустил несколько успешных приключенческих романов и комфортно себя чувствовал в писательской среде, однако не мог игнорировать тягу к предыдущей профессии. К тому же события этого года сильно повлияли на него. В стремлении разгадать код на старинных картах Таро[2] он вновь окунулся в исследования, в поиски утерянной истины древних народов, в тайну, остававшуюся нетронутой тысячелетиями. И эта тайна удивительным образом оказалась связана с его профессиональной областью — Древним Востоком. Искра жажды знаний и открытий зажглась в писателе, и он уже не хотел её гасить.

Тем не менее бросать литературу Смирнов тоже не собирался. Он надеялся, что семинар в Танжере не только даст ему материал для докторской диссертации, над которой начал работать, но и вдохновит на написание нового романа. Филипп давно искал зарисовки для книги, сюжет которой уже набросал в Москве.

Такси остановилось у переулка, где дальше проехать было невозможно. Писатель расплатился с водителем и, вдохнув пряный воздух Танжера, направился вглубь Медины. Чувство восторга переполняло его. Впереди ждали лекции, дискуссии, новые знакомства и, конечно же, работа над диссертацией. Но сейчас, в этот первый момент в марокканском городе, он ощущал лишь предвкушение чего-то важного и неизбежного, как будто сама история звала его в свои объятия.

Филипп пошёл по узкому переулку, где каменные стены, увитые плющом, казалось, хранили старинные легенды о джинах, пиратах и султанах. Волоча за собой чемодан, Смирнов ориентировался по карте, открытой в мобильном. Гостиница «Риад Дар Эль-Байда» должна быть где-то рядом, за углом.