Фактор Лилит - Джин Пайва Страница 51

Продолжая упаковывать содержимое своего стола, Билл Блейзер весь ушел не то в свои мысли, не то в музыку Джулиана Брима, доносившуюся из переносной магнитолы, которую он любовно называл «взрывателем», хотя никогда не включал больше чем на четверть мощности и не питал слабости ни к чему более революционному, чем Римский-Корсаков, если не считать Филлиппа Гласса.

Кругосветные каталоги безжалостно перемешались с томами о клеточных структурах, фотографии «Роллинг Стоунз» рассыпались между журналами по биологии; большая коллекция дешевых книжек, с разлохмаченными обложками, расцвеченными ракетами, мифическими животными или дымящимся оружием, была аккуратно уложена в коробки с эмблемой закусочной по соседству, из которых, судя по всему, крекеры с ореховым маслом и сыром извлекли совсем недавно.

Доктор Блейзер имел вполне заслуженную репутацию человека, способного слопать все, что упаковывается в пластик, если в пластик упаковано что-то мало-мальски съедобное.

Мягкий зуммер, доносящийся от бронированной двери, объявил о приходе визитера. Отвернувшись от груды хлама, Билл нажал кнопку интеркома.

— Кто из вас, предатели, решился постучать в эту дверь? – произнес он, значительно выделяя каждое слово.

— Это Джули, доктор Блейзер, я принесла ваш обед.

— Черт, Джули, так бы и сказали, – пробормотал он, отключая автоматический замок. – Вы же знаете комбинацию.

— Во-первых, я и сказала. Во-вторых, у меня руки заняты. И наконец, мне не положено знать ваши шифры. Личные офисы должны оставаться секретными, – сказала она, глянув через плечо, нет ли кого-нибудь в коридоре. – Вы мне свой шифр просто навязали.

Вопреки своему званию диетврача, Джули Мюррей была просто поварихой. Она ухитрялась сохранять определенно привлекательную фигуру, отрицавшую одновременно и предпенсионный возраст, и пристрастие к шоколадному сливочному мороженому.

— Если б вы не выучили мой шифр, я бы давно подох с голоду. – Сдвигая со стола бумаги, чтобы освободить место для подноса, Билл Блейзер помедлил, разглядывая листки, покрытые формулами и пометками. – А, к черту! – сказал он и демонстративно смахнул их в подставленный измельчитель. – Так или иначе, все это у меня в голове.

— Это легкий обед. Мы планируем большой буфет – нас собираются посетить какие-то шишки, – и на кухне сумасшедший дом. – Маленькая женщина, одетая во все белое, решительно отпихнула стопку книжек и примостила поднос перед ученым.

— Если вам нравится, – Билл указал на книжки, – забирайте.

— Нет, спасибо, они не в моем вкусе. Никогда не интересовалась всей этой пестрой чепухой. У меня в голове не укладывается, как это вы, ученый и всякое такое, читаете разную ерунду.

— В них правды больше, чем в этих стенах. – Помедлив, Билл снял крышку с подноса – двойной бургер с тертым сыром, французская картошка, горячая и хрустящая; он посмотрел на женщину, и в уголках его глаз собрались морщинки. – Подумайте сами, Джули, эти книжки не претендуют ни на что значительное – в отличие от здешней публики – и в них все уместно, и драконы, и Золотые Ворота.

Покачав головой – доктор Блейзер был ее любимцем, несмотря на свои странности, – повариха повернулась к выходу, но остановилась у двери.

— О, да вы переезжаете, – сказала она, только сейчас обратив внимание на сложенные коробки и голые стены.