Грандиозная игра - Дженнифер Линн Барнс Страница 52

— Я предпочитаю оригинальную формулировку, – вставила Одетта и направилась к высоким окнам с таким видом, будто там, за стеклами, ее поджидал зал, полный зрителей. – «Та тяжела глава, что днесь корону носит».

— Шекспир! – Грэйсон распрямился. – «Генрих IV», часть вторая. – Он пересек комнату и посмотрел на доску, которая получилась у Лиры. – Ты не стала убирать буквы?

Лира торопливо встала, чтобы он не навис над ней.

— Может, и не надо ничего убирать. – Она решительно направилась к экрану, где мигали три курсора. Постучала по одному пальцем – и появилась сенсорная клавиатура. – «Шекспир», – набрала девушка и нажала клавишу ввода. Экран загорелся красным. – Генрих. Генрих4. Генрих4Ч2. Генрих4Часть2.

Что бы она ни пробовала, всё сводилось к одному результату: красной вспышке и сигналу о неверном ответе.

— Попробуй римские цифры, – посоветовала Одетта, встав у нее за спиной.

Лира попыталась, но попытка опять вышла неудачной.

— Не получается.

— Принц. Рыцарь. Династия. Король, – Одетта так и сыпала предложениями.

— Всё не может быть настолько просто, – Грэйсон подошел к Лире и остановился в трех футах от нее. Несмотря на эту дистанцию, его присутствие ощущалось даже слишком отчетливо.

Лира всегда остро чувствовала его, где бы он ни находился.

— Если вы, мисс Кейн, что-то и обнаружили, в чем я не вполне уверен, это еще не финальный ответ, а лишь подсказка.

В этом излишне формальном обращении – мисс Кейн – было столько пафоса, что Лире захотелось чем-нибудь в него швырнуть.

— А вы-то сами хоть что-нибудь обнаружили, мистер Хоторн? – язвительно спросила Одетта.

— В стопке сорок монет по двадцать пять центов, – Грэйсон выгнул бровь. – Все отчеканены в один и тот же год, кроме двух.

— Полагаю, вы хотите, чтобы мы расспросили про год? – сухо уточнила Одетта.

— Тридцать восемь монет выпущены в 1991-м. – Грэйсон покосился на Лиру. Она никак не могла отделаться от ощущения, что он ее проверяет.

Уж что-что, а проходить испытания она обожала.

— А про остальные две монеты расскажете, или эту информацию еще нужно заслужить, Ваше Высочество?

— Боже, какая честь! – Грэйсон едва заметно ухмыльнулся. – Одна монета была отчеканена в 2020-м, другая – в 2002-м.

— Одни и те же цифры, только переставленные, – заключила Лира.

— А 1991 – это палиндром, – перегоняя ее, сообщил Грэйсон.

Та часть мозга Лиры, что нежно любила красивые коды, уцепилась за эту закономерность. А светлая прядь, будь она неладна, опять упала на глаза Грэйсону. Он убрал ее со лба.

— А почему мы вообще должны обращать внимание на год выпуска? – спросила Лира.

— В игре Хоторнов всё имеет значение. Тут, скорее, важно понять, когда это пригодится. – Грэйсон посмотрел на Лиру так пристально, будто ответ скрывался у нее в глазах. – Представь хоть на секунду, что слова вроде «афоризм» или «корона» – это подсказка, которая должна сдвинуть нас с мертвой точки. – Грэйсон повернулся и пошел к камину у дальней стены. – В этом случае история с цифрами на монетах может пригодиться позже, а сейчас нужно… – он положил ладонь на черный гранит, – найти корону.

Лира наблюдала, как он ощупывает камин слева направо, а потом спускается ниже. Его движения были машинальными, будто он систематически проделывал такие упражнения и отработал их уже десять тысяч раз.