Натурщица - Эсми Де Лис Страница 54

Я тяжело выдыхаю и устало кладу сумку на стул.

— Сколько еще видов преступлений ты совершишь? Взлом, изнасилование, принуждение, похищение. Мне продолжать? – саркастично спрашиваю я, загибая пальцы.

Он встает, и диван шумно скрипит.

— Сколько потребуется, – низким тоном произносит Скульптор.

Отхожу от него на шаг.

— Не хочешь мне ничего сказать? – предъявляю я ему, складывая руки у груди.

— Я хочу тебя трахнуть. Что-то еще?

Я цокаю и закатываю глаза. Извращенец!

— Ты выстрелил в журналиста! Больной ублюдок! – зло выплевываю я.

Это было последняя капля. Он срывается и прижимает меня к стене, я успеваю лишь пискнуть. Его пальцы сжимают мои руки над головой – так крепко, что кожа ноет. Воздуха не хватает, но я не отвожу взгляда. Глаза пылают злостью, хотя внутри все натянуто, как струна.

— Следи за словами, дьяволенок, – шипит он. – Я предупреждал: не надо было нанимать его.

Я упираюсь ногами, пытаюсь вырваться.

— Ты трус, – выдыхаю сквозь зубы. – Боишься даже назвать свое имя.

Его пальцы на миг ослабевают, но потом снова врезаются в запястья, прибивая меня к стене.

— Мое имя тебе не нужно, – рычит он. – Достаточно того, что рядом со мной ты постоянно возбуждена.

— W. D., – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал твердо, не обращая внимания на словесные домогательства, ведь он только этого и ждет. – Эти инициалы связаны с тобой, не так ли?

Скульптор замирает. Секунда, и тишина становится невыносимой. Потом на его лице медленно расползается ухмылка.

— Дьяволенок, узнала о своем похитителе подробности? – В его голосе скользит насмешка.

— Это не важно, – бросаю я. – Скажи мне правду.

Он сжимает кулак. Воздух вокруг него накаляется.

— Чертов тату-мастер… – зло выдыхает он сквозь зубы. – Не может держать язык за зубами.

Скульптор резко отталкивается от меня. Разворачивается и широкими шагами идет к двери.

— Подожди! – Я срываюсь на крик, понимая, что упускаю единственный шанс.

Он останавливается, замирая на пороге, но не оборачивается. Его мощная спина напряжена, как струна. Я кусаю губу до крови.

Господи, я сейчас сама подписываю себе приговор. Я прошу своего мучителя пустить меня в его логово. Это безумие. Это самоубийство. Это…

— Можно… – Слова застревают в горле комком колючей проволоки. Я делаю вдох, пытаясь унять дрожь. – Я хотела бы взять в аренду тот особняк для Хэллоуина? Всего на одну ночь.

Тишина. Тягучая тишина, в которой слышно только мое прерывистое дыхание.

Сейчас он повернется и убьет меня.

Скульптор молчит. Я делаю неуверенный шаг вперед, к его спине, протягиваю руку, но не решаюсь коснуться.

— Это очень важно для меня. Пожалуйста.

Он медленно запрокидывает голову, глядя в потолок. Его плечи поднимаются и опускаются в тяжелом вздохе. Проходит вечность, прежде чем он глухо, с какой-то обреченной яростью выдыхает:

— О, дьявол… Я больше не могу терпеть.

В одно мгновение он разворачивается. Я не успеваю даже ахнуть, как он оказывается рядом. Рывком меня впечатывает спиной в стену. Его руки жестко фиксируют мое лицо, не давая отвернуться.

Он дико и жадно целует меня, пытаясь выпить мою душу до дна или уничтожить. В этом поцелуе только голод, отчаяние и пугающая страсть. Он сминает мои губы, вторгается в рот по-хозяйски грубо, лишая воли и возможности сопротивляться. Мир взрывается вспышками перед глазами, и страх смешивается с чем-то горячим, плавящим вены.