Секреты мертвых - Хизер Критчлоу Страница 55

— Я пойду, – говорит Кэтрин, удаляясь из комнаты.

— И как мы будем это делать? – спрашивает Энгес.

— Решать вам, – отвечает Кэл. – Но, может быть, для начала вы расскажете мне вкратце о вашей… о Брайони.

— Что именно?

— Как он выглядела? Чем увлекалась? Как вы познакомились? Что сочтете интересным. Это поможет мне понять, какой она была.

Энгес стискивает чашку длинными пальцами:

— Мы познакомились студентами. Учились в разных институтах, но держались вместе и после окончания учебы проходили солиситорскую практику в Глазго.

Кэл кивает. Ему нужны факты, как можно больше подробностей. И теперь Кэл сожалеет об идее группового интервью. Их натянутый разговор больше смахивает на допрос, далекий от доверительной беседы, на которую так рассчитывал Кэл.

— Каким человеком она была?

Энгес смотрит прямо перед собой, а Кэла поражают его эмоции.

— Она была веселой, – наконец говорит он неожиданно осипшим голосом. – Постоянно смеялась… тогда. Она любила носить туфли на высоченных каблуках и носилась по городу на всякие собрания. Энергия била в ней ключом. Мы жили в Глазго в квартире с высокими потолками и огромными окнами, которые она украшала гирляндами. Она устраивала такие вечеринки, что соседи сходили с ума. – Энгес словно не осознает, где находится.

Робби подается вперед – его глаза широко распахнуты, а рот открыт. Отец не рассказывал ему о Брайони. Кэл понимает это, и его сердце колет от жалости к парню. Кэл вспоминает фотографию Марго, спрятанную матерью среди других в платяном шкафу.

— А потом вы переехали сюда, – продолжает за собеседника Кэл, заставив себя вернуться в настоящее. – Вы переехали до рождения сыновей?

Энгес мотает головой:

— Нет. Шону был уже год. Робби – почти три. Мы решили перевезти их в сельскую местность, где у них было бы больше свободы. – Мужчина смотрит на Кэла дерзко, с вызовом. – Я хотел этого для них. Начать все с нуля.

Кэл записывает последнюю фразу. А в голове мелькает вопрос: «Зачем им вдруг потребовалось начать все с нуля?»

— Но вы продолжали ездить на работу в Глазго?

— И до сих пор езжу.

— Надо же… путь ведь не ближний.

Энгес выпячивает подбородок:

— Я много работаю удаленно, из дома. На работу езжу по факту раз в неделю. Тогда я оставался в Глазго на несколько ночей: уезжал в понедельник и возвращался в четверг.

— Тяжело, наверное, было?

Энгес отпивает глоток чая:

— Я не устаю за рулем.

Это не то, что имел в виду Кэл. Приходится спрашивать прямо:

— Как относилась к этому Брайони?

— Прекрасно. – Энгес ставит чашку на стол с громким стуком. – У нее были мальчики, дом, это красивое место и достаточно денег. Чего еще ей было желать? Что еще я мог для нее сделать?

— Ничего. Послушайте, никто не намекает на то, что вы делали что-то не так. Мне просто хочется представить полную картину ее жизни. Тогда я смогу попытаться выяснить, что с ней случилось.

Энгеса тогда быстро исключили из списка подозреваемых, его алиби подтвердил кто-то из коллег. Краем глаза Кэл видит, что Робби откинулся на спинку стула, замкнулся. Оказывается, Кэтрин снова спустилась вниз и стоит в дверном проеме, слушая разговор.

— Брайони не ощущала себя несчастной по какой-либо причине? Перед гибелью?

Энгес вонзает в него острый взгляд – похоже, пытается сохранить контроль над собой, но его рот уже злобно кривится: