Маневр пустого города - Юнь Хуянь Страница 57

Однако все те «игры», которые Чжо Тун затевал раньше, казались сущей мелочью по сравнению с тем, что случится сегодня.

В ту секунду, когда музыка смолкла, Чжо Тун замер, держа правую руку поднятой вверх, а левой сжимая пах. Тут же раздались радостные возгласы и аплодисменты. Он с довольным видом взглянул на раскрасневшиеся потные лица фанатов, в их глаза, светящиеся восторгом идиотов. Чжо Тун вспомнил о программе на сегодняшний вечер и еще больше уверовал в то, что эта армия по его команде сокрушит все на своем пути.

Его мысли прервал сигнал телефона. Он отошел подальше от толпы, вернулся на то место, где недавно мочился с крыши, и ответил на звонок. Закончив разговор, он сунул мобильник в карман и бросил взгляд в сторону здания детской больницы в старом районе. Уголки его рта вновь подернулись в «улыбке раскаяния».

Сзади подошел Люй Вэй и подал ему теплую вельветовую куртку.

Чжо Тун сменил на нее свою приметную кожанку с заклепками и сказал:

— Все готово.

Затем он посмотрел на развевающийся флаг на крыше здания напротив. Хоть он и не вполне представлял себе направление ветра, уже сиял от удовольствия:

— Даже восточный ветер на месте.[28]

— Тогда чего же мы ждем? Вперед! – широкоплечий, плотный и свирепый Люй Вэй хлопнул себя по боку в том месте, где из-под пояса выднелась какая-то заткнутая за него вещь.

Чжо Тун нахмурился. Он знал, что этот тупой, но сильный парень в прошлом месяце за круглую сумму приобрел пистолет «Тип 64» со сбитым номером и с тех пор при каждом самом пустячном споре вытаскивал его и направлял в голову оппонента, чтобы припугнуть. Так он перепугал действительно немало людей, но, по мнению Чжо Туна, такое поведение свидетельствовало лишь о низком значении IQ.

— Президент Чжо, смотри! Что там такое случилось? – Люй Вэй ткнул пальцем в направлении большого моста через Далинхэ. Мост был очень далеко, и Чжо Туну удалось разглядеть только громадный затор из машин, а также брешь в ограждении моста с той стороны, по которой транспорт двигался в направлении нового района. Внизу, точно под этим местом, во льду зияла пробоина, вода в которой бурлила от непрерывного потока поднимавшихся снизу пузырей.

Чжо Тун едва взглянул в ту сторону и затем перевел взгляд на градирню, располагавшуюся неподалеку, за которой, укрывшись от ветра, курила красивая девушка.

— Пусть она возьмет с собой реквизит, – распорядился Чжо Тун. – Не забудь.

— Угу, – отозвался Люй Вэй.

Чжо Тун запрокинул голову и, вперив взгляд в нависшие совсем низко бескрайние черные тучи, протяжно и глубоко вдохнул, как будто бы хотел втянуть в себя всю ту мрачную, злую, гнетущую, холодную силу, которую они несли в себе. Потом, закрыв глаза, он бешено потряс головой и беззвучно, одними губами, произнес: «Вау», – открыл глаза и широко улыбнулся.

И на этот раз его улыбка была, как и прежде, полна изящества и прелести. Но стоило присмотреться чуть внимательней, и можно было увидеть, что в ней таится лютая жестокость. Чжоу Тун спрыгнул с парапета и с высоко поднятой головой вернулся к своим фанатам. Он вскинул вверх правую руку, громко щелкнул пальцами и прокричал:

— Let’s go! Вечеринка open![29]

Действие второе. Осажденный город

Мной посланный гонец принес две вести:

Что ты, Сыма, уж скоро будешь здесь,

И что Ма Су бездарный и упрямый

В пучину бедствий вверг мои войска,

В рядах разлад, Цзетин в руках врага.[30]