Кричащая Башня знает - Любовь Минеева Страница 59

Последнюю фразу она говорит громко, но на ее «пока» отвечаю только я. Женя, пошатываясь, ковыляет к джипу, а я возвращаюсь к своим.

— Что ей было нужно? – хмуро спрашивает Макс. Я неопределенно машу рукой:

— Перепила.

И думаю: черт, только бы Макс не увидел машину Радмира. Начнутся вопросы, или чего доброго, по пьяни захочет разобраться с ним. Не хочу снова возвращаться к этой теме.

— Насть, они тут список гостей на Новый год обсуждают, – орет мне Ритка, и я понимаю, что перепила не только Женя. – И ты представляешь… Там куча каких-то левых девчонок…

Макс хватает ее и пытается свалить в снег. Ритка хохочет и взвизгивает. Отличные поминки.

Я поворачиваюсь к Ване.

— Что еще за гости? – Тон чуть вызывающий, хотя я и пытаюсь держаться отстраненно.

— Да пара наших друзей. Нормальные ребята, не переживай.

Он обнимает и снова целует меня. На этот раз поцелуй длится дольше – Макс с Риткой отвлечены своей возней. Я чувствую, как слабеют ноги, но Ванька крепко меня держит.

— Настя! – зовет Ритка, и мы вынуждены оторваться друг от друга. – Пошли со мной, мне нужно кое-что тебе сказать!

— Что? Зачем? – недоумеваю я. Парни смеются, а Ритка закатывает глаза:

— Да в туалет я хочу, идем.

Она хватает меня за руку и тащит за собой. Прекрасно. Я теперь буду караульной, пока Ритка писает за углом.

Пока мы идем, она болтает без остановки:

— Ты знаешь их компанию? Там какие-то телки будут, ну, на Новом году. Знаешь их? Мне это не нравится. На фиг нужны, да? Отметили бы вчетвером. А то телки какие-то…

Я помалкиваю и ковыляю следом. Мы проходим между домами, я останавливаюсь возле угла, там, где свет фонарей граничит с мраком внутренних дворов. Ритка исчезает в темноте, и я слышу ее бормотание:

— А ты не хочешь? Я щас. Подожди, ладно? Только не пускай сюда никого!

Как странно – мы дошли только до угла соседнего дома – я вижу внутреннюю стену Башни, вижу даже несколько огонечков свечей, горящих у другой ее стены, но здесь будто все по-другому. Тихо, темно, сюда не долетает гул толпы, да и толпа, кажется, начинает редеть, народ рассасывается. Время уже позднее. Оглядываю Башню с верхушки до подножия – и как там люди живут и спят спокойно? А тут еще Эмка своей бурной деятельностью окончательно превратила этот дом в могильник.

Я вижу круг света – с той стороны, где горят свечи и лежат игрушки, большая площадка между стеной Башни и парковкой боулинга. Передо мной – шагах в двадцати – внутренняя стена Башни и единственное подъездное крыльцо, над ступенями горит фонарь, у подъезда никого нет. Угол дома теряется во мраке. Но вдруг мне кажется, что там кто-то стоит. Кто-то прячется там, за кругом фонарного света. Я вглядываюсь и начинаю различать: розовый пуховик, длинные светлые волосы… Тонкие ножки в капроновых колготках… По телу начинают бежать мурашки размером с бегемотов. Я делаю несколько шагов ближе. Точно, кто-то стоит. В розовой («она пудровая!») курточке, едва прикрывающей зад. Светлые волосы свободно спадают, укрывая плечи…

Она поднимает руку и машет мне.

Ноги подкашиваются, и я едва не сваливаюсь в снег. Пытаюсь бежать, но тело меня не слушается – такое состояние бывает во сне. А может, инстинкт самосохранения не дает мне подойти ближе. Делаю несколько неловких шагов, и тут меня кто-то хватает.