Суперзапретные игры. Книга 1 - Нин Ханъи Страница 6

— Почему ты так поздно?

Лу Цзиньпэну ничего не оставалось, как сказать правду:

— На меня напали, отняли деньги и проездной. Пришлось идти пешком.

— Напали? – в ужасе спросила мать. – Тебя били? Ты не ранен?

— Нет, – устало ответил Цзиньпэн и прошел в гостиную.

В этот момент со второго этажа спустился отчим:

— Тебя ограбили? Какой же ты беспомощный…

Лу Цзиньпэн промолчал, но отчим не упустил случая поиздеваться. Подойдя ближе, он заговорил притворно жалобным голосом:

— Сколько же страшных бандитов напало на нашего малыша?

— Двое, – спокойно ответил Цзиньпэн.

— Сколько им было лет?

— Семнадцать или восемнадцать.

— Старшеклассники?

— Возможно.

— Взрослый лоб, двадцать два года, а с двумя школьниками не смог справиться. Талант по наследству передается, – язвительно усмехнулся отчим.

— Не говори так, – вступилась за сына мать.

— Да посмотри на него – размазня размазней. И ты просишь меня молчать?

— Что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Да тут уже ничего не сделаешь.

Отчим повернулся к Лу Цзиньпэну и с фальшивым сочувствием добавил:

— Твой папаша был таким же жалким. Яблочко от яблони, как говорится.

Обычно насмешки отчима не вызывали у Лу Цзиньпэна никакой реакции, но упоминание отца его взбесило. Он уставился на мужчину широко раскрытыми глазами.

— Ты переходишь все границы! – вспыхнула мать. – Прояви хоть каплю уважения!

— А что я такого сказал? – усмехнулся отчим. – Разве не ты говорила, что он был тряпкой? Интеллигент, который полез в бизнес, разорился и сунул шею в петлю. Я вру, что ли?

Лу Цзиньпэн задрожал от ярости, чувствуя вкус крови во рту. Он медленно произнес, чеканя каждое слово:

— Не. Смей. Оскорблять. Моего. Отца.

Отчим смерил его презрительным взглядом:

— И что ты мне сделаешь? Только злобно зыркать и умеешь.

Несколько секунд они молча буравили друг друга взглядом. Затем мужчина резко ударил Лу Цзиньпэна по лицу, да так, что тот едва устоял.

— Ты что творишь?! – закричала мать и бросилась к сыну.

Он оттолкнул ее и продолжил с яростью смотреть на отчима.

— Вот этого я и добивался, – спокойно сказал мужчина. – Ненавидишь меня? Тогда дай сдачи. Если твой никчемный папаша ничему тебя не научил, это сделаю я.

Услышав оскорбления в адрес отца в третий раз за вечер, Лу Цзиньпэн едва ли думал о том, чтобы ударить отчима, – нет, он мечтал его убить. Однако молодому человеку недоставало ни сил, ни смелости. Отчим был крупным, рослым мужчиной крепкого телосложения, и, если бы дело дошло до драки, Лу Цзиньпэна тут же бы прихлопнули словно муху. Отчим навис над ним, затем отвернулся и бросил жене:

— Твой сын слабак. Даже сейчас не способен дать отпор. Что ж, видимо, ему на роду написано терпеть унижения.

В этот момент из ванной вышел Лу Хао – сводный младший брат Лу Цзиньпэна. Ему было всего двенадцать, но ростом и телосложением он пошел в отца и уже был на голову выше брата. Была у него привычка выходить из душа в чем мать родила – вот и сейчас он предстал перед семьей весь мокрый, вальяжно болтая внушительной штукой между ног.

— Братца опять ограбили? – позлорадствовал младший. Он подошел к Цзиньпэну и покровительственно похлопал его по плечу: – Не волнуйся, в следующий раз я буду тебя охранять.

Лу Цзиньпэн с отвращением сбросил его руку.

— Вот! Сын, достойный своего отца, настоящий храбрец! – расхохотался отчим.