Натурщица - Эсми Де Лис Страница 7

Пространство организовано так, чтобы скрыть наблюдателей. Единственные источники света – это небольшие узконаправленные лампы-прищепки, закрепленные на мольбертах. Они выхватывают из темноты лишь белые прямоугольники холстов и кисти рук художников. Лица, фигуры, одежда – все это утопает в вязком полумраке. Я вижу лишь силуэты.

Я пытаюсь всмотреться в тех, кто сидит в первом ряду, но яркий софит, направленный на подиум в центре, слепит меня. Для них я – как на ладони, залитая беспощадным белым светом. Они для меня – тени в партере.

Подхожу к пьедесталу. Там одиноко стоит стол и коробка с неизвестным мне содержимым.

— Мне нужны инструкции, – произношу я громко. Голос отражается от стен, эхом разносится по залу. В этот миг все взгляды вновь устремлены ко мне. Даже те художники, кто делал вид, что занят, замирают.

— Я говорю, мне нужны инструкции! – повторяю уже резче. Голос поднимается, прорывая тишину.

Едва слышный шепот растет, как волна. Меня начинает раздражать этот звук, будто кто-то шепчет прямо у моего уха. Я стискиваю зубы, сдерживаясь. Чувствую, как мои ногти впиваются в ладонь от напряжения.

И вдруг дверь распахивается.

В зал входит мужчина. Обнаженный.

Его нагота не выглядит уязвимостью, как моя. Наоборот, в свете прожекторов его тело – с рельефными жгутами мышц – кажется настоящим искусством. Он движется плавно, словно танцор, и в каждом его шаге есть какая-то гипнотическая уверенность.

На нем – белая маска, плотно прилегающая к коже. Она полностью закрывает верхнюю часть лица, отсекая лоб и глаза. Гладкий безжизненный фарфор лишает его человеческого взгляда. Это пугает больше всего: я не вижу его глаз и не могу понять, смотрит ли он на меня, в толпу или сквозь стены. Он кажется слепой силой, которая на самом деле видит все.

Зато нижняя часть лица выставлена напоказ. Всё внимание приковано к его губам. Четко очерченные, жесткие, но с чувственностью. Когда он сжимает челюсти, видно, как под кожей перекатываются желваки. Тяжелый волевой подбородок, словно высеченный из гранита, покрыт легкой тенью щетины.

Красная шелковая ткань обвивает нижнюю часть его тела – точно такая же, как на мне. Я невольно замираю: совпадение выглядит слишком странным.

Он останавливается в нескольких шагах. Тишина становится оглушающей. Никто не шевелится.

Он выше меня – на голову, может, больше. В свете окна его тело кажется выточенным из мрамора: плечи, грудь, живот – все четко, будто у скульптуры. Красный шелк подчеркивает это еще сильнее. На фоне его уверенности я внезапно ощущаю себя маленькой.

Черт возьми… Он выглядит пугающе.

Сердце бьется где-то в горле. Я чувствую, как ладони становятся влажными, но заставляю себя выпрямиться. Это просто работа. Всего лишь очередной сеанс.

— Ты мой партнер? – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он медленно кивает. От него исходит незримая сила, будто само пространство реагирует на его присутствие.

Я делаю шаг к столу, предполагая, что там должна быть наша поза, но внутри все скручено от тревоги. Стараюсь подавить в себе желание вытереть вспотевшие ладони.

— Какие инструкции? – спрашиваю снова, уже мягче, пытаясь убедить себя, что все под контролем.

Он подходит ближе. Очень близко. Его шаги – бесшумны. Прежде чем я успеваю отреагировать, он твердо кладет руки мне на плечи и разворачивает меня спиной к себе.