Секреты мертвых - Хизер Критчлоу Страница 80

Пока Кэл ест, на кухне, за баром, возникает какая-то суматоха. Посетителей в пабе не так уж много: все сидят за столиками, занятые собой. Хозяин паба, Том, устремляется на кухню и, судя по тону голосов, то ли поучает кого-то, то ли препирается с кем-то. С тех пор как Кэл вернулся в деревню, Том один из немногих, если не единственный, кто относится к нему дружелюбно. За грубыми чертами его морщинистого лица прячется природная доброта.

— Вы в порядке? – участливо спрашивает Кэл, когда Том, явно взволнованный, возвращается с кухни.

— Да. Это все Робби. Малость перебрал.

— Помощь нужна?

Том вроде собирается сказать «нет», но тут входная дверь распахивается, и в паб забегает целое семейство. Том кивает Кэлу:

— Попробуйте. Просто посмотрите, успокоился ли он. Ладно?

Кэл проскальзывает за барную стойку и попадает из прокуренного полумрака в ярко освещенную суету кухни.

Робби стоит, прислонившись к дальней стене. Его руку держит повар.

— Меня Том послал, – говорит Кэл, когда повар поднимает на него глаза. – Узнать, могу ли я чем-то помочь.

Робби поворачивается к нему, и Кэл вздрагивает, пораженный тем, как плохо, даже нездорово выглядит парень: широко раскрытые глаза налиты кровью, его кожа липкая, а от тела исходит дурной запах. Прошло всего несколько дней с тех пор, как они виделись, но Робби выглядит гораздо хуже.

— Робби, что происходит? – спрашивает Кэл.

— Я не могу, я не могу. – Парень мотает головой, его длинные волосы колышутся из стороны в сторону. – Я не могу спать. Я все время это вижу. Надо что-то с этим делать.

— Ты был у доктора?

— Нет. Я не люблю врачей. Я им не доверяю.

— Том сказал отвести его наверх, дать проспаться, – говорит Кэлу повар. – Но парень противится.

— Я могу работать! – выкрикивает Робби. – Я не бесполезная тварь!

Повар закатывает глаза и со вздохом возвращается к плите, на которой дымятся и булькают разные кастрюльки, а над ними висят маленькие листочки с заказами.

— Давай поднимемся ненадолго наверх, выпьем чаю, а потом ты вернешься к работе, – предлагает Кэл Робби.

Он аккуратно подхватывает его под руку, ведет к лестнице, не обращая внимания на протесты юноши, и облегченно выдыхает, когда тот наконец сдается.

Когда они добираются до верхней лестничной площадки, Робби начинает плакать, вновь и вновь извиняясь за то, что пришел в паб в таком состоянии и опять все испортил.

— Том меня уволит, – жалуется парень.

— Нет. Он просто хочет, чтобы ты отдохнул, Робби. – Кэл говорит строго, но спокойно. К такому тону он обычно прибегал, когда Крисси в детстве бывала эмоционально перевозбужденной. – Тебе необходим отдых, так что прекращай сопротивляться.

Робби отталкивает его и снова начинает выть. У Кэла уходит еще пять минут на то, чтобы уговорить юношу сесть на кровать, выпить воды, которую он благоразумно прихватил с собой, и наконец прилечь. Этот парень – олицетворение страдания.

— Я просто думаю, было бы лучше, если бы меня здесь вообще не было, – бормочет Робби, не сводя с Кэла влажных глаз.

— Это не так, – возражает Кэл, наклоняясь вперед и сжимая руки Робби. – Ты нужен своей семье. Ты важен для многих людей.

— Нет. Никто во мне не нуждается. И никому до меня дела нет.

Повернувшись на бок, Робби сворачивается в клубочек на односпальной кровати в комнате, похожей на гостевую. У изножья валяется одежда, на полу разбросаны использованные салфетки и бумажные носовые платки.