Черная Бетти - Уолтер Мосли Страница 82

Кармела Бонитас приехала из небольшого городка на юге Мексики. Ее отец, работящий, хороший человек, однажды бесследно исчез. Отправился на поиски поденной работы, да так и не вернулся.

Когда она рассказала про своего отца, мне стало жаль ее. Мой отец тоже пропал. А когда пропадает бедняк, до этого никому нет дела. Если бедняк свалится за борт корабля в бушующее море, капитан даже не замедлит хода, чтобы организовать поиски. Зачем ему лишние хлопоты?

Мать Кармелы привезла дочь в Энсенаду, а потом с матерью что-то случилось, то ли померла, то ли тоже пропала.

Кармеле было девять лет, когда ее переправили через границу в бочке из-под соли на грузовике, доставлявшем провизию.

— Он пообещал отвезти меня бесплатно, а потом изнасиловал на складе, на куче соли, – рассказывала она. Спустя столько лет у нее еще сохранялась привычка по-детски надувать губы. – Я услаждала моряков в Сан-Диего, пока не окончилась война, а потом приехала сюда с солдатом, который женился на мне. Его звали Боб Риделл.

У Кармелы родились сын и дочь. Дети жили у одной женщины в небольшом калифорнийском городке Плэсид. Та ухаживала за ними, а Кармела посылала туда деньги по почте и навещала детей на Пасху, Рождество и в День национального праздника 4 июля.

В какой-то момент я сел и обвил ее сзади ногами и руками. Она уперлась руками в мои колени и ритмично надавливала на меня задом. Ее густая черная шевелюра пропахла табаком.

— А что же с твоим мужем?

— Не знаю. Мы зарегистрировали брак. Но вскоре он начал пить, и тогда становился сумасшедшим. Знаете, пытался избить меня. Я старалась быть хорошей женой, но он всегда был каким-то ненормальным.

— Поэтому ты ушла от него?

Она быстро отодвинулась и села напротив меня.

— Наша дверь всегда оставалась настежь раскрытой, и однажды вечером, когда он хлестал меня по физиономии, один парень, Фердинанд, живший в соседней квартире на нашем этаже, попытался урезонить его, но Боб избил его, порвал на нем одежду и вышвырнул на улицу.

— Да ну?

— Фердинанд так психанул, что на следующий вечер ворвался к нам в квартиру и застрелил Боба.

— Черт побери!

— Когда прибыла полиция, я сказала им, что это сделал негр. – Она произнесла это слово так, будто речь шла об испанце. – Бобби не должен был так поступать с Фердинандом. Он поступил неправильно.

— Хочешь сделать мне больно? – шепнула мне на ухо Кармела.

Я уже стал засыпать после многочасовой беседы, но все же рассказал ей о моих ребятишках и неприятностях. Она слушала, прижимаясь ко мне. Никогда в жизни я не тратил сто долларов с такой пользой.

— Что?

— Ты можешь воспользоваться моим задним отверстием, если хочешь.

— Зачем мне это?

Я смутился оттого, что мой голос слегка задрожал.

— Затем, что ты сумасшедший, но не такой, как Бобби. Ты не можешь делать это грубо. Я не против. Мужчинам нравится причинять женщинам боль. Но если ты уже попробовал это, а он приятный человек и старается не очень мучить тебя, тогда можно.

Кармела поцеловала меня так, что я понял: она знает все, что мне хочется. Даже то, чего я сам пока не знаю.

— Я разрешаю тебе.

Я ощутил каменную упругость в нижней части тела. Никогда со времен юношества, когда был слишком глуп, чтобы ценить свою силу, я не испытывал такого напора.

— Ах нет. – Я удерживал ее за спину.