Маневр пустого города - Юнь Хуянь Страница 86

Фэн Ци спустился, так как не понимал, что здесь происходит. Он не говорил много, только строго напомнил, что все пациенты обязаны подчиняться правилам, установленным в больнице. В тот момент, когда он достал наручники, всем стало понятно, кто он такой, поэтому даже банда хулиганов и скандалисты из отряда Ли Яня притихли.

Чжоу Юнь, увидев, что Сунь Фэй-Эр все еще стоит у нее за спиной, застыв, как деревянный петух, легко похлопала ее по плечу:

— Фэй-Эр, иди на стойку регистрации, будешь сортировать вновь прибывающих. И следи хорошенько за тем, чтобы номера выдавались с равными интервалами.

Сунь Фэй-Эр, ссутулившись, поковыляла к стойке регистрации.

Подошел Ху Лайшунь и, тяжело дыша, объяснил Чжоу Юнь:

— Когда я пришел в палату позвать Сунь Фэй-Эр, она как раз ввела антитоксин тому ребенку. А у него после укола вдруг все тело покрылось сыпью, лицо посинело, сам дышит тяжело…

Чжоу Юнь удивилась:

— Перед уколом Сунь Фэй-Эр сделала кожную пробу?

— Говорит, сделала, но отец ребенка не верил, слово за слово, начали ругаться, потом он вдруг из сумки нож достал и бросился на Сунь Фэй-Эр. Я в дверях хотел его остановить, но не смог…

Чжоу Юнь верила, что Сунь Фэй-Эр делала кожную пробу, поскольку это была обязательная процедура перед введением столбнячного антитоксина. Но поскольку детский организм довольно чувствителен, а иммунная система не достаточно стабильна, у крайне небольшого числа детей при отрицательной кожной пробе после введения столбнячного антитоксина может тем не менее развиться аллергическая реакция.

— Как сейчас ребенок?

— Я ему ввел внутривенно антигистаминное, сейчас все в норме, – сказал Ху Лайшунь. – Кстати, а когда к нам приедет подкрепление?

— Подкрепления не будет.

Чжоу Юнь, глядя на застывшего с открытым ртом Ху Лайшуня, пересказала ему содержание своего разговора с заместителем директора Гао. Возможно, ей показалось, но она заметила, как Сунь Фэй-Эр, которая шла очень медленно, покачнулась. Надеясь, что она все-таки ничего не слышала, Чжоу Юнь сказала:

— Сяо Ху, сейчас быстро возвращайся в смотровую. Продолжай работать, и что бы эти мелкие хулиганы там ни выделывали, ни в коем случае не давай воли своим чувствам. Постарайся держать себя в руках, нельзя допустить, чтобы сегодня вечером случились еще какие-нибудь неприятности.

Ху Лайшунь посмотрел на марлю, которую Чжоу Юнь прижимала к ране – кровь уже проступила округлым пятном неправильной формы. Он покачал головой и сказал:

— Заведующая, какая у вас все-таки выдержка!

Затем Ху Лайшунь развернулся и пошел в смотровую.

Когда Чжоу Юнь смотрела ему вслед, то краем глаза заметила, что у дверей офиса стоят Лэй Лэй и двое его подручных. За все время эти люди, ответственные за поддержание общественного порядка, наблюдая за творящимся в приемном зале, не шевельнули и пальцем, чтобы помочь, а только с улыбками на лицах молча следили за развитием событий, как будто бы смотрели в театре хорошую пьесу.

Через открытую дверь было видно, что Чэнь Шаолин стоит внутри и с беспокойством смотрит на Чжоу Юнь, но не может выйти за порог ни на шаг. Заведующая, не удостоив Лэй Лэя и его приспешников даже взглядом, прошла в кабинет и сказала заплаканной Чэнь Шаолин:

— Можешь перевязать мне рану?