Когда мы были непобедимы - Мария Орунья Страница 87

— А как же! Протокол есть протокол, дорогуша! Но я готова поспорить, что и по коже мы установим, что бедняга скончалась раньше и горел уже труп. Если окажусь не права, целый месяц буду каждый день покупать тебе кофе по утрам! Спорим?

— Целый месяц? Нет, с начальством я пари не заключаю, – отказалась Кардона.

Клара улыбнулась. У жертв огня, как правило, конечности были в отвратительном состоянии, зато внутренние органы, кости, связки и сухожилия, наоборот, сохранялись неплохо.

— Посмотри сюда.

— Трещина?

— Именно, – подтвердила Клара, осматривая то, что осталось от головы Пилар Альварес. – От теменной кости почти до затылочной. Нанесли один удар, сильный, сзади. – Комментировала Клара, поворачивая голову Пилар, пока Кардона фотографировала зону с повреждениями. – Теоретически она могла удариться обо что-нибудь во время пожара, хотя… да нет, конечно. – Судмедэксперт тут же отбросила эту идею. – Не вижу никаких следов осколков. Нет, ее явно ударили сзади, и она почти сразу умерла.

— Вот изверги, – пробормотала Кардона.

Многие ее друзья были уверены, что у судмедэкспертов вырабатывается безразличие к жертвам, что они могут равнодушно смотреть на тело человека, умершего насильственной смертью, но это совсем не так. Кардона же и вовсе обычно имела дело с жертвами автомобильных аварий или умерших от какой-нибудь банальной болезни.

— В общем, жертве нанесли удар по голове тяжелым предметом, застав врасплох, потому что подошли со спины?

— Выглядит именно так, – задумчиво подтвердила Мухика. – Может, железный прут или канделябр… Не колюще-режущий предмет, понимаешь? Иначе рана была бы другая. И удар был очень сильный.

— Мужчина?

— Нет, необязательно. Если правильно выбрать угол, то смертельный удар может нанести и женщина. Жаль, что нет еще результатов анализа тканей, но, судя по состоянию тела и по отчетам о поджоге, к началу возгорания она уже пару часов как была мертва.

Ульоа, зажав пальцами нос, украдкой посмотрел на судмедэкспертов. Запах горелой плоти стоял невыносимый, ни с чем не сравнимый. Новость о том, что женщину убили до пожара, его не слишком удивила, он и не к такому привык. Но тем не менее со временем он научился бояться людей, потому что они, как оказалось, способны на самую невероятную жестокость. Кто бы ни был убийца, он в любом случае пересек ту грань, которая отделяет умышленное от случайного, и пути назад у такого человека нет. Ульоа твердо знал, что, единожды почуяв безграничную свирепую власть, позволяющую отнять чужую жизнь, убийца непременно захочет сделать это снова.

Профессор Мачин. От теории к практике

Профессор Альваро Мачин собирал вещи и краем глаза наблюдал за аудиторией: сколько жизненной энергии, эх! Молодость – настоящее сокровище, с ностальгией подумалось ему. В зрелом возрасте от некогда полного красок оригинала остается лишь выцветшая копия.

У слушателей пятнадцатиминутная перемена, а потом начнется следующая лекция. Попрощавшись со вторым лектором, Мачин направился к выходу из бывших королевских конюшен дворца Ла-Магдалена.

— Профессор!

— Сеньор Валье! Какой вы, оказывается, высокий! – добродушно рассмеялся Мачин. – Неужели не наспорились со мной вволю?

— Нет-нет, я хотел спросить… Когда вы возвращаетесь на Тенерифе?