Лисий Омут - Елена Леонова Страница 96

Мужчина замолчал, словно представляя себе озвученные события.

— И что за сокровище? – воспользовавшись моментом, спросил Синицын, быстро записывая важные аспекты в блокнот. – Ценности какие-то?

— Ну, для кого-то ценности, для других нет. Но есть сведения, будто среди прочего Терентий очень увлекался предсказаниями. Он ездил в Европу узнать о них больше, читал Нострадамуса и других прорицателей, имел их труды в библиотеке, очень редкие издания, в том числе одно, принадлежавшее перу самого монаха Авеля! – Тихон сделал паузу, наблюдая за Синицыным.

— Кто это? – Саша нахмурился.

Историк вздохнул, явно ожидая другой реакции.

— Молодёжь! Не знаете. А между прочим, он был самым известным пророком восемнадцатого века в России.

Глава 44. Посёлок Красномайский. Четверг. 17.10

Саша испытал лёгкий стыд за своё невежество, но это ощущение быстро испарилось, вытесненное любопытством.

— Да, простите, я не очень разбираюсь в таких вещах, – пробормотал старший лейтенант. – Так кто он такой?

Тихон прочистил горло, готовясь продолжать повествование. Сидеть на скамейке оказалось прохладно, но Синицын не обращал внимания, поглощённый беседой.

— Авель, в миру Василий Васильев, был русским православным монахом. Никаких документов о его жизни не сохранилось, однако существует ряд статей об Авеле, вышедших без указания авторства в девятнадцатом веке. Из этих источников нам и известно более-менее о нём. Авель родился в конце восемнадцатого века и, пережив в юные годы тяжёлую болезнь, решил уйти в монастырь, но не получил благословения родителей на подобный шаг. Тогда он женился, но через несколько лет тайно покинул деревню, оставив супругу с тремя детьми, и добрался до Валаамского монастыря, где принял постриг. В монастыре Авель прожил только год, и затем он «взём от игумена благословение и отыде в пустыню», – нараспев произнёс Тихон. – После этого и начались его виде́ния о будущем. Монах ушёл из Валаамского монастыря и отправился по миру. После девяти лет скитаний остановился в Костромской епархии, где и написал свою первую пророческую книгу. В ней говорилось, что императрица Екатерина II скончается через восемь месяцев. Епископ Костромской, которому была показана эта книга, сдал монаха в руки губернатора, отправившего Авеля в Санкт-Петербург. Там о нём доложили императрице. Екатерина II пожалела монаха и вместо казни велела посадить его в крепость. Но вскоре предсказание сбылось: императрица умерла, а на престол взошёл Павел I. В заточении Авель написал вторую книгу, предсказывающую дату смерти нового императора, а также свержение монархии в России, Гражданскую войну и мировую. Второе пророчество тоже вскоре свершилось. Павла I убили, а Авеля сослали в Соловецкий монастырь, где монах предрёк сожжение Москвы французами. Александр I, узнав про правдивость пророчеств, велел освободить Авеля. Он скитался ещё по разным монастырям и скончался в сороковых годах девятнадцатого века. Вот так. Такая история, – Тихон замолчал, глядя на Синицына.

— Хм. И вы хотите сказать, у Терентия были труды Авеля? – уточнил Синицын.

— Да, якобы он купил их в Петербурге, до революции. Хотя царь Николай I, занявший престол после Александра I, не преследовал монаха при жизни, однако его предсказания стали под запретом, да и лет немало тогда уже прошло со смерти Авеля, однако Терентий где-то умудрился купить его труды.