Корона огня и пепла - Мира Салье

* * *

© Салье М., 2026

© ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

* * *

Посвящается всем, кто совершал ошибки из-за разбитого сердца и кому судьба дарила второй шанс…

Пролог

«Одна сила – один Избранный…»

Дневник неизвестного. Том первый

Эмилиан

— Ты не боишься боли. Похвально, – сказал Эмилиан и провел клинком из адского огня по обнаженной груди ненавистного типа, оставляя кровавые борозды. Его ноздри уловили отвратительный запах паленой плоти.

Этот ублюдок не показал даже мимолетного проблеска страха. Взгляд Эмиля скользнул по его коротким грязным волосам, по отросшей за последние дни щетине, затем переместился на белые полосы шрамов от недавних ран, которые уже успели затянуться. Несмотря на ринальское происхождение генерала, адский клинок всегда оставлял на теле след.

— Случись это несколько веков назад, мы, вероятно, смогли бы стать друзьями.

Алин негромко рассмеялся между приступами кашля.

— Тебе не меньше меня известна истинная причина твоей ненависти ко мне.

— И то верно. Ты знаешь о моей слабости, но и мне известна твоя. Андрия. Любимая сестрица, единственная из твоей прелестной семейки, кто не отвернулся от жалкого труса.

Генерал вскинул голову. Его черно-красные глаза вспыхнули в тускло освещенной комнате. Древние каменные стены, казалось, источали сырость и мерзкую вонь, как будто повсюду разлагались груды трупов, оставленных давними предшественниками.

— Только тронь ее, сукин ты сын.

— Вот он, проблеск страха. – Эмилиан наклонил голову и слегка улыбнулся. Наконец-то. Он наслаждался тем, что видел и чувствовал ужас своего врага, буквально вдыхал чужую боль. – Ты не боишься ни пыток, ни смерти, но если этот клинок коснется ее нежной кожи… – продолжил он, делая новый порез на груди Алина. – Я найду ее, друг.

— Тронешь мою сестру – я самолично прикончу тебя.

Эмиль улыбнулся еще шире, наблюдая, как Алин морщится от боли. Он мог бы пригвоздить ублюдка к стене и подвергнуть медленной, мучительной смерти, однако генерал бы достойно принял свой конец. А Эмилиану хотелось, чтобы тот умолял его. Это перевешивало жажду мщения.

В памяти вдруг всплыло воспоминание.

У окна стоял восьмилетний ребенок и тихо шмыгал носом, стараясь сдерживать слезы. Он отчаянно хотел казаться сильным, не показывать свою слабость даже перед близким другом.

– Он ненавидит меня… Мой отец… он сказал, ему стыдно, что у него такой трусливый сын. Семья отреклась от меня.

Мальчик на пару лет старше обхватил его за плечи и заставил посмотреть ему в глаза.

– Ты всего лишь ребенок, и твоему отцу следовало бы об этом помнить.

– Ты тоже был ребенком, когда получил крылья несколько лет назад.

– Все дети разные, друг.

Маленький Алин хмуро посмотрел на Кэла.

– Прежде всего, мы ринальцы. Так сказал отец. Наш народ всегда держится мужественно и никогда не дает волю чувствам. Никто не должен заметить наш страх, тем более риньяр.

Брат Эмиля покачал головой и встряхнул мальца за плечи.

– Лорд Дариус кретин и мерзавец. Настоящий отец помогает и поддерживает собственного ребенка.

– Я уже столько раз пытался связаться с риньяром, но…

– Не сдавайся! У тебя обязательно получится, – упрямо твердил Кэл. – Оставайся здесь сколько потребуется, живи со мной в замке. Я буду рядом, буду помогать тебе. Ты мой друг, Алин. Нет, ты мой брат! А братья поддерживают друг друга, всегда и во всем.