Дети Цеарии - Владимир Сумароков Страница 103

Васэ безотрывно держал лежащего на дороге человека герцога под прицелом. Зукрич стоял у его ног, словно держа дистанцию от внезапного нападения, прикрывшись щитом и закинув палицу на плечо. Икрам присел, склонив голову на бок.

— Что вам нужно от них? – медленно проговорил гвардеец таким тоном, от которого даже Асанару стало не по себе.

— Ничего…ничего я те не скажу, солдатик… – промямлил поверженный мужчина, повернув разбитое лицо к Икраму. – Хоть убей… ничего…

— Ты жить-то хочешь?

— Я… я же сказал… поцелуй мой…

Стрела, пущенная Васэ, угодила прямо лоб. Мужчина дернулся и затих.

— Васэ… – вздохнул Икрам, помотав головой. – Мы же могли его раскусить. Ты зачем его убил?

— Прости, командир, не удержался, – угрюмо ответил Васэ, опуская лук. – После того, что я увидел и услышал… Ну, им всем только червей кормить.

— Мы даже не узнали, откуда он. Кто, откуда, где их главный. Вряд ли этот бородатый был у них за старшего.

— Они… люди герцога, – присоединился Асанар, потирая грудь. – Они хотели… отнести Десеану ему.

— Ему? – нахмурился Икрам. – Люди герцога, стало быть… А я то думал, почему они себя так вольно вели. Подумал, что они местные, просто приехали на ярмарку. Но нет… Герцог, герцог… А какой?

— Не… знаю. Они не сказали.

— Это усложняет все, – мужчина подошел к трупу Токрега и вытащил топор. – Хоть где-то пригодился этот огрызок… И стража вся спит, ни единого патруля. Полный бардак… Эх, я им устрою всем! Найду Бидхена и всеку ему по самые…

— Икрам… – перебил Асанар. – Король Тидерус… Он умер.

Гвардеец медленно повернул голову. В его глазах читалась невероятная печаль и изумление.

— Что… Но как? Где?

Асанар рассказал всю историю, которая произошла в лесу с нападением аетерналиса. Зукрич, слушая его, хмурил лоб все сильнее и сильнее, а Васэ пустым взглядом смотрел на тело, которое он лишил жизни. Лицо Икрама сильно посмурнело.

— Смерть Тидеруса кан Ноэла все меняет… Будет хаос и начнется борьба за власть. Шинер… Он уже смирился с тем, что покинет Лерден.

— Почему? – воскликнул Асанар. – Он… Он же брат короля! Он займет трон!

— Не все так просто, Асанар, – взохнул Икрам, – Шинер связан кодексом командира гвардейцев. Так как он единственный, кто напрямую отвечал за жизнь Тидеруса, то он не может находиться в королевстве, потому что не смог защитить своего короля. Я не знаю точно, как это работает, но у него есть трое суток, чтобы покинуть Лерден.

Вдруг скрипнула покосившаяся дверь в таверну, и из нее вышел пухлый маленький мужчина, со стороны похожий на гигантского бобра с рыжими волосами. Он осмотрел улицу, охнул от увиденного месива и достал из-за пазухи платок, который поднес ко рту и едва подавил рвотный позыв.

— Эх… – пробормотал он. – Что же тут было…

— Покушение на детей цеарии, Толстяк, – ответил повернувшийся Икрам. – Мы тут испачкали у тебя все, ты уж прости… У тебя и без этого забот достаточно в твоей таверне.

— Да ладно тебе, – махнул рукой пухлый. – Эти гости мне сразу не понравились, больно наглые. И оказались с гнильцой, как погляжу.

— Еще с какой, дружище. Слушай, у тебя случаем не найдется тройка коней неподалеку? Нам пора в дорогу.

— Почему? – резко спросил Асанар.

— Мы заказали себе дорогу в темницу или, что еще хуже, смертный приговор, – усмехнулся гвардеец. – Устроили бойню здесь с людьми одного из герцогов. Это запрещено всеми законами, и я зуб даю, что кто-то видел наше вмешательство. Будь уверен: на нас спокойно донесут, когда придут разбираться. И сейчас нас никто не защитит, потому что король погиб, Шинера ничего не волнует – никто не повлияет и не объяснит. Да и вообще, кто-то из герцогов промышляет поимкой молодых девушек и не гнушается бить детей. И тебе, и нам здесь делать больше нечего. Кстати, Толстяк, я могу на тебя рассчитывать?