Зловещие маски Корсакова - Игорь Евдокимов Страница 106

— Знаете, что бывает с тем, кто коснется чужой колоды?

Владимир обернулся. В дверях гостиной стояла девушка, устремив на него пристальный взгляд выразительных, чуть раскосых глаз. Хотя Корсаков и видел ее впервые, лицо показалось ему смутно знакомым. Возможно, дело было в ее красоте – аристократичные черты, светлая кожа и золотистые вьющиеся волосы выдавали несомненное фамильное сходство с Галеаццо. Но если его друг излучал бесшабашное обаяние, то девушка выглядела холодной и высокомерной. Ею хотелось любоваться – словно дорогим и опасно острым стилетом, который держал бы в руках наемный убийца.

Корсаков напомнил себе, что дворянину не пристало восторженно пялиться на особу противоположного пола, а потому постарался придать лицу скучающее выражение и предположил:

— Видимо, они умирают?

— Да, рано или поздно.

— В таком случае это очень точный прогноз. А главное – универсальный.

Девушка подошла к Владимиру и остановилась рядом, продолжая внимательно его разглядывать. От ее близости Корсаков почувствовал себя неуютно, словно вновь стал неуклюжим полноватым гимназистом, набирающимся смелости пригласить на танец понравившуюся ему сверстницу.

— Рискнете? – спросила девушка. – Снимите карту. Посмотрим, что она скажет о вас.

Владимир не глядя стянул с колоды верхнюю карту и продемонстрировал ее гостье.

— Как и ожидалось, – сказала гостья. Уголки ее губ тронула насмешливая улыбка.

Корсаков перевернул карту лицом к себе. На рисунке был изображен мужчина, одетый в пеструю куртку с короткими рукавами, напоминающую костюм средневекового шута, но без колпака с бубенцами. Вместо него – широкополая шляпа с перьями. Через плечо перекинута дорожная сумка на посохе. Рядом с мужчиной художник поместил рыжего пса, который пытался предупредить хозяина об опасности – тот двигался к краю обрыва, но не замечал этого, завороженный небом над головой. В нижней части карты готические буквы складывались в слово «Il Matto».

— Шут, – вслух перевел Владимир.

— Или дурак, – откликнулась девушка. – Приятно познакомиться, синьор…

— Граф, – чуть более раздраженно, чем ему бы хотелось, поправил ее Владимир. – Граф Корсаков.

— Ах, ваше сиятельство, – притворно удивилась гостья. – Должно быть, вы и есть русский друг моего братца. Знаете, он с самого детства любил приносить в дом птиц со сломанным крылом или потерянных бродяжек.

Она подошла еще ближе, забрала карту из рук Корсакова, затем – колоду со стола и произнесла:

— Добро пожаловать в Венецию.

— А, я гляжу, ты уже познакомился с паршивой овцой нашего благородного семейства! – Галеаццо спас Владимира от необходимости придумывать ответ. Его друг как раз вошел в гостиную и с улыбкой наблюдал за немой сценой. – Франческа, ты не могла бы, для разнообразия, оставить Владимира в покое?

— Выставляешь меня сущим чудовищем, – фыркнула девушка. – Не переживай, твой друг в полной безопасности.

Она развернулась и покинула гостиную. Владимиру оставалось лишь проводить ее ошеломленным взглядом.

— Мне знакомо это выражение лица, – констатировал Галеаццо. – Тебе повезло – похоже, ты ей малоинтересен. Я лично знаю парочку ее поклонников, которыми она поигралась и бросила. Парни были готовы руки на себя наложить. Не представляю, через что нам придется пройти, когда родители все-таки решат пристроить ее замуж, с такой-то репутацией.